Рассказы и повести

Звери стояли не шелохнувшись, лишь в зрачках отражались ярко-багровые отсветы огня, и на загривках поднималась дыбом шерсть. Внезапно молоденькая волчица, заскулив чуть слышно, попятилась от наступающего пламени. Вожак, не оборачиваясь, оскалил клыки и грозно зарычал. Самочка остановилась. Остановились и люди.

Вожак, словно усмехнувшись, оскалился и плавно вышел на несколько шагов вперёд. Волчица заскулив, двинулась за ним. Вожак вновь рыкнул, та остановилась. Остальные стояли молча, не шевелясь.

Мишка, сам став похожим на волка, тоже ухмыльнулся:

– Боя хочешь? Авторитет подтвердить? Ну что ж.

Сбросил с плеч полушубок, вышел на несколько метров. Стояла тишина, нарушаемая лишь треском факелов.

Несколько секунд ничего не происходило. Вдруг, вожак прыгнул вперёд. Вновь взвился в воздух, инстинктивно делая упреждение, предвидя что враг подастся назад. Но враг сам рванулся навстречу, присел, и вонзил в пролетающее над головой поджарое тело нож. На землю упал уже практически труп, с разрезанной от глотки до паха брюшиной.

Четыре серые тени мгновенно соскочили с дороги, и исчезли в уже начинающейся позёмке. Лишь молоденькая волчица, даже не зарычав, а как-то всхлипнув, напала на убийцу своего любимого.

Человек, ещё не отошедший от боевого ража, подставил ей под укус левую руку, и вонзил в сердце клинок. Бережно уложил труп рядом с вожаком, опустился на колени и затих.

Подскочивший Тимур затормошил Мишку за плечо:

– Миш! Миш! Ты как?!

Мишка поднял голову, из глаз катились слёзы:

– Девочку жалко.

Она любила его. Смотри. – Он завернул левый рукав свитера, на руке был виден слабый след укуса. – Она даже не пыталась руку грызть. Прыгнула, чтоб умереть вместе с ним.

Добравшись до базы, Мишка с Тимуром завели один из бульдозеров, и ещё пока не сильно разбушевалась метель, вытащили ГАЗ-66 из оврага, и нашли утерянный паук.

Сейсморазведка

Мишка колдовал над стендом, закрепив на нём датчик ускорения.

– Блин. Достали эти датчики.

Вроде и эпоксидкой платы залиты, крышка самого датчика через резиновую прокладку ставится и затягивается, но всё равно весной и осенью влага в них попадает, и двадцатидвухтонные установки, как лягушки скакать начинают.

– Миш, ты опять бездельничаешь?! – Произнесла козлобородая, очкастая, голова начальника партии, просунувшись в открытое окно.

– Рисковый, ты всё же мужик, Серёга.

– Чёй-то?! А! Да! Я такой! – Осклабилась в улыбке голова начальника.