Сибирские байки. Сборник рассказов

Ребятам, видимо, занять себя было нечем, да и день стоял жаркий – прошли и расселись под деревом. Ко всему прочему это был редкий, не сказать исключительный случай, когда их не просто не называют – недомерками, намекая на слишком юный возраст для курения, но и угощают.

– Ну ребята, чем нынче Лондон живет, торгуют или как? – спросил дед Сеня прищурившись

– Ты че дед, какой Лондон? – в недоумении шикнул самый старший.

– Тот, что английский…Когда я молодой был, шутили так – смешно было, а теперь видно, отстал?

Тут гости переглянулись и расхохотались.

А тот, что подошел первым поинтересовался:

– А ты значит веселый такой дед?

– Я то? Веселый, а че грустить: вижу, говорю, хожу… слабовато, но хожу. Дом вон опять же есть, огород. А вы грустите что ли, или как?

Тут ребята заметили протез, переглянулись, но промолчали. Докурили, поднялись, и один из них сказал:

– Благодарю за отраву.

– Правильно! – ответил дед Сеня.

– Что правильно?

– А всё. И что, отрава, и что на костыль мой смотришь, – теперь, когда парни заинтересовались, дед продолжил, – ты не думай, что без ноги жизнь кончилась, я ее потерял, когда старшему сыну еще года не было, а потом еще двое народилось… Хотите грустить – грустите.

Вот тока не про то ваша грусть.

Ребята слегка пристыженно потупили взгляды и отправились, а дед добавил им вслед:

– Вы забегайте, покурим.

Эти трое были известны в округе как нарушители спокойствия и дебоширы. И если где-то неподалеку случалось какое-нибудь происшествие, вроде драки или мелкой кражи, сначала приходили к ним, а уж если у этих было алиби искали в других местах.

Но справедливости ради надо отметить, действительных проступков у них было не многим больше, чем у среднего подростка их возраста. Просто эти трое в один год попались пять раз подряд, на мелких правонарушениях и заработали себе славу закоренелых преступников, хотя фактически были просто балбесами, не желавшими хоть иногда размышлять о последствиях, а вместе с тем и о тактике действий. Сначала их поведение, по недомыслию пытались списать на неблагополучие семей, но, когда узнали кто их родители, ясно поняли, что всё немого сложнее.

Коля – самый старший из компании, был сыном завуча местной школы Зинаиды Павловны (какая школа может обойтись без учителя с такими именем и отчеством? Наверное, только та в которой есть Мария Ивановна), и врача стоматолога Сергея Федоровича. Вторым по возрасту, но не по значению был, Дима.