Лиловый рай. Роман. Том первый

 – Я хорошо знаю донью Тересу Кастилья и убеждён в том, что она прекрасно справляется со своими обязанностями. И совсем не уверен в том, что это удастся вам. А если вы не угомонитесь…

Тут он встал, обошёл стол и, нагнувшись к падре, прошептал:

– Если ты не угомонишься, чёртов сукин сын, я прикажу тебя утопить. Неподалёку как раз есть речка. Мне тут не нужны шум и разборки. Ты понял? Я спрашиваю – понял?

Он подождал, пока Мануэль судорожно кивнёт головой, и, выпрямившись, громко сказал:

– Идите отдыхайте, падре.

Был польщён столь почтенным визитом, но, к сожалению, у меня масса дел. Прошу простить…

И, подхватив со стола свою форменную фуражку, вышел вон. Уже в приёмной он на ходу отдал распоряжение:

– О том, что видели, – молчать. Перегрелся падре или перетрудился, читая свои молитвы. Бывает. Проводите его вежливо.

И ушёл, крепко захлопнув за собой дверь.

V

За пыльными окнами кабинета шла жизнь, совершенно не известная падре Мануэлю. Слышался шум маневрирующих автомобилей, доносились обрывки чьих-то разговоров, где-то вдалеке стучал отбойный молоток.

Понуро опустив плечи, мокрый и униженный, падре сидел на неудобном стуле и думал о том, как только что продемонстрированная начальником полиции неприкрытая картина цинизма обозначила полный крах иллюзий о его роли в обществе.

Осознание собственной ничтожности, озвученное уважаемым и сильным человеком, его давним прихожанином, раздавило его.

Предупреждённые полицейские не беспокоили падре. Лишь периодически заглядывали в кабинет, чтобы убедиться, что с ним всё в порядке.

«Боятся, что я начну крушить мебель, – с грустью подумал он. – И что теперь делать? Они же погубят его, эти тупые, невежественные дикари».

Увлёкшись мрачными мыслями, он громко застонал.

В кабинет немедленно заглянули, и полное живого интереса лицо полицейского вернуло падре к действительности.

– Подойди ко мне, сын мой, я благословлю тебя на ратный труд, – тихо сказал он.

Полицейский медленно вошёл.

На его лице блуждала неуверенная улыбка, глаза сохраняли сосредоточенное выражение, впрочем, слегка ослабевшее после того, как в дверь просунулась голова второго дежурного.

– Всё в порядке, святой отец? – то ли полуспросил, то ли полуутвердил тот.

– Да-да, не переживайте, дети мои, всё в порядке с вашим падре, – сказал падре Мануэль. – Я просто был не в себе. Что делать, велика сила Люциферова, и даже священников порой одолевают подручные ему бесы.