Жмых. Роман

Выпей с нами, вино превосходно!»… Он называл меня малышкой Мэгги… Мы танцевали аргентинское танго… всю ночь… Господи, как я была счастлива! Эта была лучшая ночь во всей моей никчёмной жизни… Будь она проклята!.. Больше не хочу любить… Это иллюзия: жестокая и горькая… Ты отдаёшь без остатка всё, что у тебя есть, а взамен получаешь плевок в лицо… Мне нужно забыть его!.. Мне нужно выпить… – из груди Маргарет вырывалось тяжёлое, прерывистое дыхание. Её зажмуренные веки подрагивали. На лбу выступили крупные капли пота.

Видно было, что её морозит. Прошло несколько долгих минут, прежде чем она снова начала говорить. – И тут ко мне со всех сторон начинают тянуться руки… Такие костлявые скрюченные пальцы… точно коряги на болоте… старые, трухлявые… Подожди, о чём это я?.. Ах, да, коряги… Я как в трясине… пытаюсь вырваться, но не могу… А они зажимают меня в кольцо, обхватывают и душат!..» – пронзительный крик женщины смешался со звоном треснувшего и разлетевшегося вдребезги бокала, который продавили её пальцы. По её ладони потекли красные струйки, в которых соединились кровь и вино, но она даже не заметила этого.

Я дрожащими руками вытирала забрызганное лицо и с ужасом думала о том, что осколки могли попасть в глаза.

«И тут – среди хаоса и мрака – появляется фигура в белом, подаёт мне руку и уводит прочь. Я иду за ней, как слепой за поводырём, как странник за звездой путеводной…».

В тут же секунду на стол, за которым я сидела, с дребезжащим звоном упала серебряная табакерка.

Мы с Маргарет, вздрогнув, наткнулись взглядом на дона Амаро, появившегося в комнате незамеченным.

– Про эту путеводную звезду ты говоришь? – насмешливо произнёс он.

Маргарет подхватила табакерку и прижала её к груди:

– Я всё утро искала её… – в голосе женщины одновременно слышится упрёк и облегчение. – О! Как же это я так неаккуратно… – её губы скривила болезненная гримаса. – Джованна, крошка, я, верно, перепугала тебя своими бреднями, на тебе лица нет, – осмотрев израненную руку, она обмотала её платком.

– Мне не нравится, когда ты так напиваешься, – сквозь зубы проговорил дон Амаро; я начала коситься на дверь.

– Я знаю, прости, – машинально сказала женщина.

– Ты отвратительна в таком состоянии!..

– Конечно, милый, прости, пожалуйста… – женщина, раскрыв табакерку, высыпала на ладонь белый порошок.

Дон Амаро ударил её по руке:

– Перестань, прошу тебя!

Маргарет вскочила. Её глаза налились кровью. Тело трясло.