Игра в блюз. Книга стихов

И тогда, оттолкнувшись от дна земли заржавевшим крылом,

Уйдёшь туда, где звёзды вьют свои города из гнёзд.

Искусство движения в тёмной воде

Что нам известно

об искусстве движения в тёмной воде?..

Только то, что будущее отвесно —

Впрочем, это везде.

Вот и рассвет нынче занят собой. Что ж, всё – как всегда.

Я набираю твой номер. Ты говоришь: «Да».

– Доброе утро, моя ненаглядная леди!

Расскажи, как спалось?..

А я вот не спал…

Репейник с головою медведя

строил гнездо

у полуночных скал.

А под утро прямо в моём декабре

наобум, на авось

он трансмутировал ре

до безупречного до;

преображал Аз и Буки

в певчие Веди…

В общем, сон прошёл через меня насквозь,

моя прекрасная леди…

Ты нажимаешь отбой.

Садишься рядом и говоришь:

– Я буду с тобой

пока, отражаясь от крыш,

солнце кипит на небесной плите,

а ночи густы…

Улыбаясь, гляжу на тебя и думаю с недоуменьем:

зачем мне тайны движенья

в застывшей воде,

если со мною ты?.

Год непредсказуемых лун

Никто не знал, чем закончится этот снег.

Сумрак рассвета метался – сер, как 7-е число огня.

Но бобры уже выходили на берег, почуяв ветер подлёдных рек.

И заклинатель солнца сказал: вот и всё… завтра ты заменишь меня…

Он сидел недвижим, ожидая письма от жены.

Его жена ушла к тем, кто забыт; кто остыл, как молчание струн.

И заклинатель за лоскутом лоскут отрывал от чувства своей вины,

Бормоча: вот и начался год непредсказуемых лун…

Чтоб занять время своей беды, он солил светом звёзд верный четырёхмерный нож,

Из опавших лучей выкраивая ремни.

А потом прохрипел: ты и она… каждый из вас друг на друга тайно похож.

Единственно жаль, что в последнее время так участились дни.

Ночь устилала небесное дно плачем перелётных химер.

Заклинатель загружал себе в голову смерть – в час по 1000 бит.

Чуть напитавшись тьмой, он шепнул: когда вы уйдёте в ирисы завтрашних эр,

Уже никто не будет забыт.

Что будет с нами, когда этот новый войдёт во вкус?..

Город толпился, пыхтел, ходил бугристыми ходунами,

вздрагивал от набегающего хлада,

и весь стар до самого зелёного млада

не знал, что делать с наступающими временами.