Поезд вне расписания

В последний и бесповоротный. Поменял квартиру, ходил по чиновникам, выправляя какие-то бумаги. Я же работал в «Полесской правде» и в «Доме на набережной» был по своим служебным делам.

Встретились. Слово за слово, и двинули в ближайшую пивную. Все кончилось тем, что Федор Григорьевич меня долго и много хвалил, а еще больше плакал: жизнь прошла, а точнее, бездарно загублена.

Так оно и случилось: Ф. Г. Туманов в своей могилевской квартире умер, сгорев от закуренной по пьянке папиросы…

Андрей Сасевич… Я даже запамятовал его отчество.

А вот сам он стоит перед глазами как живой. Хотя близкими друзьями мы никогда не были. Но многие годы, что называется, тесно общались. Да и какое-то время вместе работали в «Полесской правде».

Узнал я его еще до армии. Был он лет на 6—8 старше меня и, помнится, пришел на зеседание «Орбиты», приехав в Пинск в отпуск. А работал он тогда шахтером в Донбассе. Я даже запомнил его лицо. Такие лица обычно бывают у людей суровых профессий – шахтеров, взрывников, моряков, металлургов… На лице у него осталась синяя, вроде татуировки, отметина от давнего шрама.

Подобные следы-рубцы на лице и на руках, как правило, и выдяляют горняков из общей массы людей.

Запомнил я и его стихотворение. Оно называлось «Руки». Думаю, вы сразу же догадались, о каких руках там шла речь.

Не помню, виделись ли мы еще в ту пору, но точно помню, что снова увиделись, когда я уже вернулся из армии, а он приехал в Пинск после учебы в Минской Высшей партшколе. Был полон оптимизма. Какое-то время поработал на стройке.

Потом его пригласили на должность корреспондента в «Полесскую правду». И ничего удивительного: его стихи, его по-настоящему живые материалы постоянно публиковались на страницах «Полесской правды», областной «Зари», других изданий.

Вскоре с «Полесской правдой» мне пришлось надолго расстаться. Тем не менее, я всегда оставался ее неизменным читателем, и всегда, год от года все чаще, находил на страницах любимой газеты объективные, глубокие статьи Андрея Сасевича, его очерки о людях труда.

Часто он вместе с ними бок о бок работал, знал не понаслышке; знал и то, о чем писал, как говорится, из первых рук. А вот стихов уже не писал. А может, стеснялся их показывать, тем более – публиковать…

Я искренне порадовался за Андрея, когда его утвердили в должности заведующего отделом транспорта, промышленности и строительства «Полесской правды» – у него была большая (по нашим меркам) семья, и лишняя копейка в таком случае не помеха.