ЛЕНИН ЖИВ!

– Там опять светится!

– Не ори! Снимай процесс и тщательно записывай в дневник всё, что увидишь. Потом и доложишь мне. Радиация, что ли…

Щусев так зарекомендовал себя в экспедиции, что стал негласным лидером для большого числа ее участников. Благодаря никому не понятным связям – как полагали, с самим чертом – Щусев наладил общение с эзотерическим кланом «дети Тамерлана». Более того, он добился для себя и еще двух участников экспедиции аудиенции у самой Тройки – руководящей инстанции культа хромого бога. Никто не знал о корнях силы Щусева, кроме него самого, хотя он старался о них не думать, предпочитая просто оставаться цепным псом на службе приснившейся ему тени – тени грядущего или прошлого.

Приснившееся гортанно говорившее существо представилось Вилом и пообещало архитектору, что очень скоро по меркам Вечности, хотя и не так скоро – по людским, человечество наяву столкнется с земным аватаром Вила, который будет править на планете. Вил посулил также Щусеву, после окончания Академии, громадные силы, пророческий дар и одаренность Имхотепа. Обещанное по поводу личных качеств исполнилось, и Алексей, в полном соответствии с волей нового повелителя и благодетеля, отправился в Среднюю Азию в качестве участника археологической экспедиции…

Столь же внезапно, как началось, свечение прекратилось. Убедительно звучащих объяснений его природы не оказалось ни у кого. Подошел Протопов. Вместе они уже хотели было, пока еще оставалось некоторое время до встречи, присмотреться, как лучше вскрыть могилу – но тут как раз нарисовались три старца разного роста и возраста в традиционных одеяниях, и помешали приготовлениям:

– Остановитесь, безумцы! – вскричал дряхлый старец с волевым лицом, казавшийся главным.

 – Глупцы! Сами не знаете, что вы хотите сотворить с нами всеми!!

Археологи и архитектор узнали во вновь прибывших Тройку Тамерлана.

– Вы для того нас позвали, чтобы снова то же самое бубнить? Про войну, которая начнется, да? – самый молодой из троих представителей экспедиции, Артурчик Протопов, походил из-за своего небольшого роста и хилого телосложения на нахохлившегося воинственно настроенного воробья.

Однако такого воробья, которого стоило бы поостеречься иному петуху или голубю. Воробья из Припяти после аварии на ЧАЭС, короче говоря, откуда он мог бы быть родом, если бы родился не в середине семидесятых годов девятнадцатого века.

– Помолчи, Протоп. Сейчас всё решим! – осадил коллегу неформальный лидер, то есть Щусев.