ЛЕНИН ЖИВ!

Щусев знал куда больше царя, поскольку всем членам экспедиции, кроме него, маги культа Тимура постирали память, так что они перестали что-либо помнить о посещении Самарканда. До сталинских времен никто больше не собирался беспокоить прах Тамерлана.

Щусев тщательно спрятал до поры до времени тайный рецепт состава для бальзамирования, а также заодно и чертежи проекта будущей усыпальницы, составленные самим Вилом во сне Алексея на базе переданных под гипнозом последнему петербургскими учеными планов вавилонского зиккурата, пирамиды Джосера и гробницы Кира Великого.

Сам Алексей Викторович занялся вопросами карьеры. С поддержкой и связями, какие давал «Анкл Вилли», любые препятствия на пути к цели казались смехотворными. Вставший на пути служителя Вила показался бы жалким муравьем под стопой Ивана Поддубного.

Как Вил и обещал Алексею еще в ходе первого визита во сне, вскоре Щусев познакомился с земным аватаром своего владыки. Сперва тот не произвел особого впечатления: лысоват, мал ростом, картавит… Но глаза! Глаза не оставляли сомнений: это были глаза Вила из сна.

Гипнотическая их сила была давно знакома Щусеву. Впрочем, убогость вре?менной оболочки не могла обмануть архитектора. Он уже знал: Вавилон не сразу строится.

Во время одного из ночных спиритических сеансов, уже в начале нового века, Вил заложил в мозг спящего Алексея Викторовича некую схему, которая должна была служить ориентиром в грядущие нелегкие времена. Наутро архитектор нарисовал по памяти пентаграмму, вписав слова в каждый из пяти треугольных выступов перевернутой вверх «рогами» вписанной в круг звезды: «ЛЕНИН», «СТАЛИН», «КОММУНИЗМ», «ЦАРЕУБИЙСТВО» и «РЕВОЛЮЦИЯ».

На центральном пятиугольнике Щусев менструальной кровью убитой загипнотизированным им дворником старшеклассницы-девственницы написал слово «АРХИТЕКТУРА». Держа курс на жизненные ориентиры, заключенные в пентаграмму, являвшуюся символическим изображением внутренней Вселенной архитектора, флагман Щусева уверенно вплыл в воды новой эпохи.

Алексей Викторович стал едва ли не главным «придворным» коммунистическим архитектором в рекордно короткие сроки – и это при том, что он занимал далеко не самое последнее место в царской России. Враги могли лишь пожимать плечами и бессильно скрежетать зубами. Те, кого это не удовлетворяло, оставались без головы на плечах или просто без зубов. Щусев никому зла просто так не делал, но и другим не прощал.