Скитаюсь по мирам. Стихи и проза

Шпаликов)

Ровесники – в майорах и полковниках,

Блестят на них медали с эполетами,

А я всё у поэзии в любовниках,

Беседую с ветрами и планетами.

Порою снится черный китель марковский,

Кафтан расшитый, кивер ли с плюмажем.

И не увидеть в нынешней неловкости,

Что автор был когда-то и отважен.

Мой полк – не лейб-гусарский, не измайловский.

Поэты не командуют войсками.

Но есть, порой, великое и в малости, —

Ремесленников цеховое знамя.

Мне свитер ближе.

Днём живя сегодняшним,

я не смотрю на будущее хмуро.

Быть может, сам себя удачно вспомнивши,

я где-то становлюсь… литературой.

«всё проходит…»

всё проходит.

и дождь проходит

мимо окон, мимо дверей…

Отчего-то по непогоде

вспоминаем близких людей.

Отчего-то года проходят

как-то мимо,

не в свой черёд.

Неуютность по сердцу бродит.

Всё проходит.

И это пройдёт.

«Ветер разбудит тебя…»

Ветер разбудит тебя,

выведет в ночь, полную звёзд.

Найди мотивы дождя в яркой ночи…

Задай кометам и ангелам наболевший вопрос,

коснись крыла на рассвете и помолчи.

Купи кисти и краски,

на асфальте рисуй отраженье души,

отыщи удочку, чтобы мысли ловить…

Слушай пенье цикад, постигай их музыку…

Спеши

делиться лучами и Млечный путь дарить.

* * * * * * *

«Снова звенит колокол…»

Снова звенит колокол,

отсчитывая дважды по восемь ударов.

Звёзды вслушиваются в его звон,

дымлю трубкой на крыльце,

вспоминаю рыжие локоны той, кого любил,

моя радость и мой снегопад

не зависят ни от взглядов, ни от погоды…

Бесснежность и мороз

провожают и заново встречают меня…

«Мы одиноки…»

Мы одиноки.

Это ль не ответ

на множество нелепейших вопросов?

Среди людей, дождей или планет

живёшь, как в океане некий остров.

И лишь мгновенье промелькнув в толпе,

к себе вернешься…

«Наверно, не хочу прощать…»

Наверно, не хочу прощать,

в чём оступаюсь ежедневно.

К чему в грехе опять сгорать

и каяться порою гневно?

Страшусь и жизни, и суда,

и сам себя простить не в силах,

любовь – что ладан из кадила —

есть дым и запах, нет вреда.

Когда вернемся в Город мы,

нам не узнать порой друг друга,

обетованием сильны,

бежим по замкнутому кругу…

я жил намереньем любить,

но обижал и лицемерил,

обманывал тех, кто мне верил,

и никого не смог забыть.

Страшусь и жизни, и суда.