Уроборос. Избранное. Том 5. Повести

– Сегодня прибудет груз-200, – сказал капитан осевшим голосом, – это твой муж, Марина. Он погиб как герой. Только не плачь – ты жена офицера…

Она и не могла плакать. Слёзы хлынут потом, спустя много дней, когда сознание впустит в себя происшедшее…

Проводы

Ей не разрешили открыть гроб, как она ни просила. Все отвечали одно и то же: «Запрещено – приказ командования». Хождения матери лейтенанта по военным инстанциям тоже закончились отказом.

Словно в страшном и душном сне, ехала Марина на кладбище.

Дочка осталась у бабушки – та не разрешила Марине даже и говорить что-то о смерти отца. «Скажем ребёнку, что папа ещё долго не приедет, что он занят. Подрастёт, тогда и расскажешь, как погиб её отец».

Марина согласилась – конечно, так будет лучше. Неизвестно, что произошло бы с психикой ребёнка, который ждёт отца, а вместо живого папы видит цинковый гроб, слышит рыдания и разговоры о смерти.

Солнце пекло, словно в последние дни мира.

На кладбище ни ветерка. Долго говорили красивые и печальные речи сослуживцы лейтенанта. Марина слушала, и ей казалось, что всё происходящее – неправда, что всё это сон, который вот-вот кончится. Капитан Иванов скорбно и торжественно объявил, что лейтенант посмертно награждён орденом и ему присвоено звание Героя. Залп десятка армейских винтовок заставил всех невольно вздрогнуть.

– Вот и всё! – сказала Марина. Ей казалось, что это её хоронят. Это на крышку её гроба упали первые комья земли.

После жизни

В первое время после похорон Марина часто ловила себя на мысли, что хочет позвонить мужу. Она не верила, что лейтенант погиб. Ждала каждый день стука в дверь, телефонного звонка. Шли дни, недели, а наваждение не кончалось.

Марина ходила на работу, водила дочку в ясли, стирала, варила завтраки, обеды и ужины, но делала всё это как-то бессознательно, механически. Иногда ловила себя на мысли, что похожа на робота.

Странный сон приснился жене лейтенанта на сороковой день. Шла она вдоль горной бурной и широкой реки. Ревела вода, летели водяные брызги. И вдруг на том, далёком втором берегу, среди ярко-зелёных сосен увидела Шехерезаду такой, какой была она в десятом классе – ослепительно красивой, стройной и улыбчивой. Огромные глаза, две сияющих звезды, так и звали пойти за нею. Шехерезада помахала рукой и показала жестом – лети, мол, сюда.