Я могу всё. История жизни

Верно, Шарли?

– Ну не знаю. Сегодня же этот чертов поход. Там будет весь лагерь.

– Ты не хочешь туда идти? – спросил Джон, макая кисть в краску.

– Я до чертиков боюсь ночи. Ненавижу ее. А нас еще и в лес заставят идти, – рассказывал Джон.

– Не боись, парень, справимся. С нами ведь будут вожатые и защитят тебя от ночных волков.

– Волки? Там есть волки?

– Не знаю, – хохотал Тимур. – Я там не был. Но мой отец учил, если в тебя вцепится злая собака, ее нужно душить. Думаю, с волками тоже сработает.

– Ты что, супермен? – отвечал Джон. – У меня такой силы нет…

– Так почему ты ночи-то боишься?

– Ну, это долгая история…

– Мы не спешим, как видишь.

– Ну, суть в том, что однажды я был дома один. Тогда мы жили в деревенском доме.

– Уже страшно, – прошептал Шарлиев. – И туалет на улице?

– Закрой рот, – Джон посмотрел на друга выпученными глазами. – Так вот. Я сидел дома один, а родители были в гостях у друзей. Я смотрел какой-то фильм про вампиров.

Но их я не боюсь, потому что знаю про кол и чеснок.

– Так. Все правильно.

– Было поздно. И я уснул на диване. Просыпаюсь от стука в дверь. Лежу в темноте в гостиной. Свет не горит, хотя я его не выключал. Я подумал, что приехали родители, и мама выключила свет. Поднимаюсь к ним в спальню на второй этаж. Можешь себе представить, там никого нет, а в окне треплется какая-то птица! Господи, я чуть в штаны тогда не наделал. Я кое-как ее прогнал обратно в окно.

Была зима, и из-за этого потом было ужасно холодно. Я закрыл форточку. Стук продолжается… Что делать, думаю. Я закрылся в ванной и проспал там до утра. Меня разбудила мама и спросила, почему я спал там, а не в постели. Я не знал, что ответить. Когда я выходил из дома, то у крыльца в кустах я увидел следы от грязи, которые вели в наш сарай. Но, зайдя туда, я никого не обнаружил. С тех пор я ненавижу ночевать один. Постоянно какие-то странности происходят.

– Да. Жуткая история. Но ты не думал, что свет не мог сам выключиться? Может, пробки выбило или как-то так… Слушай я устал это делать, давай обольем краской забор и скажем, что все готово.

– Да нет, нас же опять накажут. Я докрашу, можешь прилечь вон на травку и что-нибудь мне рассказать. Покраска забора – дело творческое. Я доделаю, – сказал Джон и продолжил малевать.

– Как скажешь, – сказал Шарлиев, вырвав травинку и положив ее в рот.