Третья сила

– Кхм, – задумчиво озвучила я свои сомнения. – А ты уверен, что оставшиеся на плато маги не заметят уловки? Король, считай, всю Магистерию сюда приволок, за исключением, может быть, совсем уж зеленых новичков. Думаешь, они так наивны, что не проверят точку выхода на предмет всевозможных случайностей?

– А не будет никакой случайности, – внезапно посерьезнел Риг. – Все расчеты, которые я им передал, абсолютно точны.

– Как же ты собираешься устроить этот грандиозный саботаж?

– Это уже мои заботы, – криво усмехнулся маг.

 – Главное, чтобы никто не влез в коридор ПОСЛЕ того, как я его испорчу. Но об этом я уже говорил с Асом, и он обещал обеспечить чистоту… э-э… эксперимента.

Немного поразмыслив, я снова кивнула.

– Это, пожалуй, лучше, чем просто сунуть Валлиону дулю под нос и заявить, что мы не нуждаемся в его услугах. Если все получится, упрекнуть нас будет не в чем и союз не потеряет своего значения; а если нет, то никто хотя бы не пострадает.

К тому же я обещала брату, что поддержу любое его решение, и раз он надумал именно так строить отношения с союзом… что ж, мне нечего возразить. Как думаешь пробивать коридор?

Риг перевел дух.

– Стандартным набором заклинаний с небольшой поправкой на близость пирамид. От тебя требуется только помочь мне с силами, потому что я не уверен, что устою под заклятием в одиночку.

«А что будет, если ты не выдержишь?» – мрачно поинтересовался Ур.

Риг криво усмехнулся.

– А что будет, если тебя запихнуть в мясорубку?

Серый кот фыркнул и отвернулся, не удостоив его ответом.

– Справишься? – только и спросила я, на самом деле давно и твердо все для себя решив.

– Ты мне веришь? – вместо ответа отозвался маг.

Я несколько мгновений смотрела на его неестественно спокойное лицо, а потом вздохнула.

– Верю, Риг. Только постарайся не переоценить свои силы.

Дальнейшие несколько часов мы с Уром вынужденно наблюдали за непонятными приготовлениями.

Наше участие в процессе абсолютно не требовалось – Риг прекрасно справлялся сам. Нам же оставалось только молча следить за тем, как мастер уверенно и аккуратно освобождает от дерна землю и выводит на ней десятки и сотни непонятных символов. Одновременно с этим поражаясь про себя искусству, с которым его твердая рука вычерчивала идеально ровные линии, начавшие постепенно складываться в гигантскую гексаграмму.