Сборник рассказов. Избранное

Это был настоящий удар для нас. Решили мы, что я полечу один. Побуду месяц и вернусь…

В Москве у меня была пересадка на рейс Москва – Донецк. В аэропорту Донецка меня встречала почти вся моя украинская родня: бабушка, сестра моего отца – тётя Галя с дочерью Валентиной. Встреча была очень радостной.

– Господи, как ты, Максим, вырос, – воскликнула бабушка, обнимая меня, – возмужал и стал так похож на отца.

– Вымахал, небось, под два метра? – спросила тётя Галя.

– Нет, только метр восемьдесят пять, – поправил я её, – но, думаю ещё подрасти…

Моему дедушке исполнилось 87 лет.

Он лежал в постели. Я его обнял и поцеловал. Он сильно исхудал и был очень слаб.

– Ну, рассказывай, как жилось на чужбине? – спросил он.

– Серафим, дай мальчику прийти в себя с дороги, – взмолилась бабушка, – сейчас поужинаем и тогда он всё расскажет.

Мой рассказ все слушали с большим вниманием. Я рассказал, как погибли отец и мать, хотя, мёртвыми их не видел, а только то, что мне рассказывали в детдоме.

Рассказал о своих спортивных достижениях и, конечно, не забыл об Акеми. Сказал, что собираюсь жениться на ней. Дедушка предложил помянуть сына и невестку – мою маму. Ему пить было нельзя, но он пригубил из своего стакана, а я впервые глотнул спиртное и оно мне не понравилось. Однако традиция есть традиция…

У дедушки был рак, и врачи сказали бабушке, что он долго не проживет. Поэтому я решил проводить его последний путь, а затем уже вернуться в Японию.

Город Донецк мне очень понравился, но на улицах было как-то неспокойно.

Митинги, протесты… О политической жизни в Украине я ничего не знал, но дедушка кое-что мне рассказал:

– В Киеве голову поднимают националисты и, наверное, начнут свой поход на Юго-Восток… Они хотят лишить нас веры и языка… Ты уезжай, пока не началась заваруха… А нам здесь жить и умирать… Это наша земля…

Мне родители рассказывали о героическом прошлом дедушки. Он мальчишкой, приписав себе лишний год, ушёл воевать. В армии был разведчиком.

Дошёл до Кенигсберга, был тяжело ранен и демобилизован по инвалидности.

– Дедушка, ты предлагаешь мне убежать и бросить вас здесь… Ты воевал за эту землю, и я не уеду никуда… Буду тоже, как и ты, сражаться за неё…

– Я рад, что ты вырос таким… Умру спокойно…

В городе был объявлен призыв добровольцев в ополчение, и я пришёл на сборный пункт. Когда я предъявил свой японский паспорт, то вызвал некоторое удивление у секретаря.

– Вы интернационалист?..