Миражи в Лялином переулке

За обедом Олег Александрович рассказал, как выглядит ЦУМ, какие разговоры были в секции женской одежды, как выбирал костюм.

– За хорошую вещь денег не жалко, – резюмировал Олег и сел с газетой в любимое кресло.

После ухода мужа я занялась генеральной уборкой. Перемещаясь по квартире, я вытирала пыль и размышляла. Неудивительно. У меня всегда так. Что бы ни делала, в голове кружатся сотни мыслей. Они разные: короткие и длинные, грустные и радостные, тревожные и беззаботные, ясные и неуловимые. Я скептически поджала губы: «Типичные женские мысли.

Суетливые и изматывающие. Нужно их сто раз просеять, чтобы понять, что хочешь сказать».

Закончив уборку, я вытащила дневник и написала:

26 декабря, вечер.

Делала генеральную уборку.

Много думала.

Три дня я занималась рутинными делами, а 30-го поехала за подарками. Выйдя на Театральную площадь, я почувствовала праздничное оживление. Разноцветные огни, гирлянды, ёлки, новогодние шары… В морозном московском воздухе витало нечто сладкое и давно забытое.

Осторожно заглянув за стекло маленького бутика, я увидела Деда Мороза. Он улыбнулся из-под ватных усов и подмигнул фарфоровым глазом.

– Чудеса только начинаются, – сказал Дед Мороз.

– Это вы мне?

Вытянув шею, я посмотрела на его губы – он по-прежнему улыбался.

«Действительно чудеса», – подумала я и оглянулась.

Люди бежали мимо, и не обращали на меня никакого внимания. Я направилась к ГУМу и решила присмотреть себе что-нибудь из косметики. Пока я шла по магазину настроение моё равномерно ухудшалось.

Причина была простая и банальная: большое количество зеркал, украшавших ГУМ, отражали мой внешний вид. При ярком освещении стали заметны и мелкие морщинки, и выбившаяся прядь волос, и старомодное пальто. Горько вздохнув, я встала у круглого стенда. На нём красовались золотистые футляры с помадой, изящные пузырьки с лаком и пластиковые флаконы с крем-пудрой.

– Здравствуйте, – послышался приятный голос. – Вы что-то ищете?

Передо мной стояла девушка-консультант и мило улыбалась.

Её ухоженная кожа, аккуратно подведённые глаза, пухлые губы под тонким слоем помады служили отличной рекламой продукции фирмы-производителя.

– Хотелось бы посмотреть губную помаду, – тихо сказала я.

– Какой цвет предпочитаете?

Девушка посмотрела на мои губы, потом на ресницы, наконец на руки. Этого взгляда было достаточно, чтобы я почувствовала себя испуганной растрёпанной птицей.

– Розовато-коричневую, – робко ответила я.