Второе пришествие

Лысый вырубил его одним хлестким боковым ударом. Когда служивый очнулся, то увидел двух бандитов и Артура, поигрывающего ножом с окровавленным лезвием.

– Жить хочешь? – голос, казалось, доносился издалека, словно ему приходилось продираться сквозь застилавшую мозг пелену.

Солдатик изумленно смотрел на бандитов, не понимая, чего от него добиваются.

– Жить хочешь?.. Тебя, гнида, спрашивают!

Марченко, наконец, понял. Он утвердительно кивнул головой, а затем, словно опасаясь, что этого мало, произнес:

– Да, хочу.

Очень хочу.

– Замечательно. Но хотеть мало. Жизнь надо заслужить, кому попало мы ее не даем, – сурово заявил Артур.

– Я ее заслужу, вот увидите, я буду очень стараться, – горячо запричитал Марченко.

– Для этого ты должен стать одним из нас. Но это потом. Сейчас нам нужно оружие. Знаешь, где что лежит?

Марченко утвердительно кивнул головой. На самом деле он не имел четкого представления о том, где хранится стрелковое оружие, и первым делом отвел бандитов в один из гаражей.

Там стояли новые бэтээры – последняя разработка отечественных гениев военно-конструкторской мысли. Замечательная машина обладала фантастической проходимостью и была вооружена крупнокалиберным пулеметом и двумя ракетными установками. Кроме того, она была напичкана электроникой и могла обнаруживать скопление живой силы противника на расстоянии сорока километров. Когда солдатик, обучавшийся управлению этим чудом техники, рассказал о своем замечательном питомце, Артур позабыл и о автоматах и о гранатах. Он обошел машину кругом, уважительно погладил ее по корпусу и самоуверенно заявил:

– Кажется, у нового мира появился хозяин.

После чего без всякого перехода угрожающе обратился к Марченко.

– Если ты один, без сопровождения, приблизишься к этой штуке ближе, чем на пятьдесят метров, пришью на месте, понял?

Солдат уже привык к самым разным угрозам и почти автоматически кивнул головой. Затем повел бандитов дальше. Через несколько часов они затарились и автоматами, и патронами, и гранатами, а кроме того другими полезными вещами, после чего продолжили пьянку.

Наутро, опохмелившись, Артур выдал фразу, ставшую, как некогда «Коммунистический манифест», руководством к действию, причем не менее исчерпывающим, хотя в тысячу раз короче:

– Люди должны кучковаться. Тут мы их и накроем… Едем.

Очень скоро не только Артур, но и остальные братки поняли, что Марченко никогда не сумеет вписаться в их дружный коллектив. Солдат не был рожден крутым.