Аренда

– Ну вот, а сейчас какие могут быть запреты?

Давид Борисович, улыбнувшись, положил руку на плечо, своему собеседнику, когда они дошли до машины.

– Вам надо больше читать. Я понимаю, молодость, работа, увлечения, да и привычки сейчас такой у молодежи уже нет, но актеру, да и вообще человеку, без книг нельзя. Если нет возможности читать бумажные книги, сейчас они крайне редки, читайте электронные или хотя бы слушайте, как делаю это я. Это очень удобно. Главная задача – не уснуть. И спасибо, что не бросили старика.

Давид Борисович пожал руку своему провожатому и, открыв дверцу, сел на заднее сиденье автомобиля, который, резко рванув с места, повез пожилого актера домой. А Иллариона ждала сегодня ночная смена. Уже через час в одном из модных китайских салонов он должен был танцевать в образе Орфея перед пожилыми китаянками.

***

Казарма, где служил рядовой Олег Бородихин, была похожа на спортивный зал средних размеров, по обе стороны которого стояло по два ряда двухъярусных кроватей.

Разделял их четырехметровый проход, покрытый ярко-желтым линолеумом, прозванный взлетной полосой. Старшина роты, прапорщик Кусков, при обустройстве помещения намеренно использовал светлое напольное покрытие, чтобы на нем четко проявлялись следы солдатских сапог. По установленному им негласному правилу, «взлетка» должна была выглядеть в любое время суток безупречно чистой, поэтому уборка в казарме практически не прекращалась. Дневальные драили ее щетками, предварительно накрошив на пол хозяйственного мыла. Однажды Олег по глупости, свойственной всем первогодкам, задал вопрос старшине роты относительно ее цвета:

– Товарищ прапорщик, можно обратиться?

– Можно Машку за ляжку и козу на возу! А в армии – разрешите!

– Так точно, товарищ прапорщик, разрешите обратиться!

– Валяй! – недовольно ответил старшина.

– А почему тут такой светлый линолеум? Лучше бы, например, коричневый положили, под дерево.

– Это, боец, чтобы служба медом не казалась.

Кру-у-гом! Ша-а-а-а-го-ом марш!

Такой ответ явно не предусматривал дальнейшего продолжения дискуссии, поэтому рядовой Бородихин, вовремя сообразив, что его любопытство может стоить ему наряда вне очереди, немедленно ретировался с глаз прапорщика. Но в первые месяцы службы заступать дневальным по роте ему и без этого приходилось достаточно часто, и он сумел выучить ландшафт линолеума почти так же хорошо, как карту северной части области.