ВОЛШЕБНЫЕ МГНОВЕНЬЯ

Шуршание снов в первобытной траве —

Раздолье Ночи, Волшебству и Стиховью,

Лишь лунный таинственно стелется свет,

И боги поют серенады Безмолвью…

Майя

И ты оставишь звёздную вуаль

Мерцать в траве – некошеной и дикой —

Кто вспомнит серебристую печаль

В очах у той, что звали Эвридикой?

Кто обернётся хоть на миг, чтоб стать

Твоей любви волнующим дыханьем

И книгу вечной юности листать

Над асфоделий лунным колыханьем?

О, если б смог он вновь связать ту нить,

Что прервана слепящим сном-забвеньем

И новый путь средь звёзд наговорить

Предвечного Глагола вдохновеньем!

Но тих твой сон, течёт Забвень-река,

Кузнечик-жрец запнулся в Вещем Слове,

И лишь вуаль колышется слегка

В траве, благоухающей Безмолвьем…

За памятью последнего предела

За памятью последнего предела —

Подобна угасающей свече —

Лишь ты одна печальная сидела

И звёзды вышивала на плече.

С иглы твоей мечты и мысли плыли

Над тёмной глубиной небытия —

Развёртывались огненные крылья

По нитям серебристого шитья.

В священном изумленьи – где я? кто я? —

В безумьи восхитительной игры

Таинственная Птица Эпинойя

Несла меня сквозь звёздные миры.

В долины предречений и наитий

Устами и перстами грёз своих

Я впрыскивал серебряные нити,

А ты сплетала крестиками их,

Слагала их в волшебные заклятья,

И, озаряя серебристый мир,

Рождались в небе звёздные распятья,

Летящие сквозь огненный эфир.

Я пил огонь речей твоих певучих

И знал, что тайны все разрешены

В печали этих огненных созвучий

Сонатой первозданной Тишины.

И созерцал, как в звёздном свете тают

Все эти тени сновиденных пут —

Распятые с крестов своих слетают

И птицами сквозь сны за мной плывут…

Когда напишешь ты прощальное письмо

Когда напишешь ты прощальное письмо,

Изящно скинув звёздное оплечье,

Сиянье наготы твоей – само

«Аз есмь!» – дохнёт последним вздохом Речи.