Творец построил свой дворец. Повести, рассказы

Бородатый старец видит её мысли:

– Подумай, может кто-то плачет по тебе на Земле?

Она вспомнила аварию, ощутила боль. Нет, не хочет возвращаться.

Бородатый ей внушительно повторяет:

– Подумай хорошо. Кто плачет по тебе?

Пятилетний сын привиделся Зульфие. Без неё ему очень тяжело. Однако состояние немощи и боли она также отчётливо знает. У неё два сына и муж. За младшего особенно тревожно.

Видящий мысли старец погладил её по спине и ударил ладонью:

– Не бойся Зульфия, боль уйдёт, будешь здоровой.

Она поверила и устремилась всей душой к пятилетнему сынишке.

***

Реанимация. Во время клинической смерти Зульфия стала красивой. Выступил румянец на щеках милого лица. Близкие родственники и наблюдающие врачи обратили внимание на сияние лика. Веки от повреждений кожи упали на глаза. Одна операция следовала за другой. Через трубку откачивали кровь из-под коры головного мозга, чтобы не допустить внутреннее кровоизлияние.

В период временной смерти практически все опустили руки без надежды на возвращение жизни.

Единственная чистая в помыслах душа продолжала верить, что самая для него лучшая на свете мама жива. Пятилетний сынок ухаживал за ней, следил, дышит ли мама и никому не позволял трогать её. Отчаянно защищал от всех.

Когда сообщили, что мама вернулась, сынок не отходил, наблюдал и радовался:

– Я говорил, Мамочка не оставит меня ни за что.

Слова ребёнка резали слух сомневающихся, в особенности отцу. Муж отказался бороться. Не верил, что она будет нормальной.

Не приходил к ней, отказываясь видеть изувеченную в аварии жену. Можно только предполагать каково мужу и отцу слышать прогнозы экспертов: «Дееспособной не будет никогда.»

***

Зульфия внутренним зрением, не открывая веки, увидела родных и окружающих её в столь сложное время. Говорила, объясняла: «Всё будет хорошо.» Заставляла убедительно слушать и утверждала, что медицина – ограничение для умов просветлённых.

Обезбаливающие для тяжело больной кололи три раза в день, далее увеличили частоту до пяти инъекций в сутки по два кубика.

Вскоре она стала химически зависимой от лекарств. Двигаться самостоятельно не могла, пищу принимала через трубку, нужду справляла через катетеры.

И вдруг, в один из дней, открыв глаза, заявила врачу:

– Отказываюсь от уколов полностью.

Подобные слова посчитали бредом в последствие пережитых стрессов повреждённого организма. Зульфия была непреклонна в решении.