Тёмные лучи

Я в этом доме нынче только гость,

И мой удел – спокойная учтивость…

И гложет псина мозговую кость

Без всякой благодарности за милость…

А после мы задумчиво прошлись

По тёмной и скрипучей галерее…

Я слышал писк весёлых юрких крыс,

И с каждым часом было холоднее.

Мы замерли у круглого окна,

За стёклами – нагие ветки дуба…

Я клеветал, что наша суть грешна,

И был оскал смешной и белозубый…

И под навет скрипел дырявый пол,

О прошлом я твердил, как о позоре…

Хулы я много вздорной намолол,

Боясь, что нежность превратится в горе…

(23 октября 1993 года, Армавир)

***

Я смотрел у окна на скрипучем паркете,

Как вечерняя мгла поглощала оттенки,

Пожирала осеннюю прелесть соцветий

И узоры ковров на тахте и на стенке.

А ведь краски живут и во мгле, потаённо, незримо,

Их хранит темнота, словно тайных и доблестных пленных…

Так великие мысли от разума телом таимы,

Коль не явит их блеск откровений священных…

(23 декабря 1993 года, Армавир)

***

Встреча под вечер в саду золотистом,

Запахи яблок, наливок и мёда…

С ней я, как встарь, был наивно-речистым,

Я уверял, что минули невзгоды…

Глупость надежд пусть не будет обузой!.

Боже, яви мне суровую милость:

Дай избавленья от вздорных иллюзий,

Дай, чтобы чаянье с явью смирилось…

(26 декабря 1993 года, Армавир)

***

А ночью в церкви – и весна, и бденье,

И всё земное мнится мне грехом,

И пламя свеч колеблют песнопенья,

И белый попик весел под хмельком.

А рядом люди на колени пали,

И ночь пасхальная за окнами светла…

И вдруг по храму тени замелькали,

Как души, отвергавшие тела…

(15 февраля 1994 года, Армавир)

***

Творю в ночной росе молитву о покое,

Акации вокруг церковные цветут…

И вдруг я расстаюсь с раздумьем и тоскою,

Но счастлив этим я лишь несколько минут.

И вновь мучительны и звёзды, и цветенье,

А тело грешное измучено душой…

Ужели мне искать покой в исчезновеньи?.

И будет ли душа в бесплотной жизни мной?

И кем мой станет дух, когда лишится тела?..

Ужель не вспомнит он, как вместе с плотью жил,

Как, слабая, она в соблазнах сладких млела,

И грозно он её за суетность хулил?..

Душа и плоть мои, друг друга искалеча,

В борении своём и создали меня…

И если быть иным без их противоречий, —

В бессмертие души не стану верить я.