Донос

А ещё построили заводы, которых раньше не было вовсе: авиационные, автомобильные, тракторные, по станкам, и по химии и всё это при малограмотном населении, да и вредительства много со стороны внутренних и внешних врагов – помнишь, Иван Петрович, что в каждой газете пишут о разоблаченных вредителях.

Возможно, что некоторые не виновны, как мы, но и сказать, что вредителей нет, даже ты не осмелишься. Ваша братия, дворяне, что позажиточнее тебя были, конечно, вредят, как могут, чтобы вернуть свои поместья, а для этого надо свергнуть большевиков.

Есть ещё бывшие купцы, фабриканты и банкиры – те тоже мечтают о возврате к прошлым временам. Вот тебе и враги настоящие, а есть ещё вредители по неграмотности и неумению.

Крестьян сажают на трактора, немного научив и чуть – что трактор ломается от их неумения, а органы НКВД их хватают за вредительство. И за сомнение в успехах власти тоже сажают в лагеря, потому что сомневающийся человек становится нерешительным, хуже работает, не хочет ждать светлого будущего, а хочет жить лучше сейчас и сразу и потому, невольно, тоже становится как бы вредителем нынешней власти.

А об уголовниках я и вообще не говорю: вон их, сколько вокруг нас по нарам валяется, а спроси любого – скажет, что не виновен и сидит по ошибке, вроде нас.

Потому я и думаю, что власть Советская – это правильная власть, но много при этой власти людишек мелких, алчных и злобных пристроилось, которые мешают и вредят, а там наверху, в Москве, в НКВД, при каждой человеческой ошибке или недосмотру, начинают искать врагов и составлять планы по разоблачению этих врагов в цифрах и календарях: и под эти цифры попадают невиновные, вроде нас с тобой.

Но ведь большинство зэков сидят здесь за реальные преступления против людей или против власти, ты же Иван Петрович, не будешь этого отрицать?

– Нет, не буду, – отвечал Иван Петрович, поглаживая рукой котёнка, который пристроился у него в изголовье, – но как примириться с тем, что я сижу по доносу на 10 лет, и столько же получил наш сосед по бараку, что убил по пьяни жену топором и считает, что так и надо было, и он сидит ни за что.

– Присмотрись все же к этой власти, Иван Петрович, без злобы, как учитель – историк, может и начнёшь понимать их действия и их вождя – Сталина, который, кстати, при царизме побывал и в тюрьмах и в ссылке за то, что был против власти царя за власть народа, как говорят большевики.