Драмы

Пустой бродяга что? Что может дать он нам?

Всё в мире для чего – то существует,

А не воздушный Бог, лесов, полей и трав.

Кому нужны наги деревья?

Лишь только обрастёт ствол корой,

Срезаем мы его, и мочим мы, и варим.

Чтоб не болели дёсны, зубы не крошились.

Всё на Земле для чего – то создано.

Небесный Ангел – для прощенья лиц,

А не для Божьего величья.

Всё Рим своей пятой наложит,

И подчинит: года пройдут,

И может, Рим не устоит,

А пята останется. Без неё нет жизни.

Другое дело не поверить, то, что есть.

А поднимать, лечить. Дать больше, чем ты есть.

А не оценки ценности иметь.

Божественности не вижу никакой.

Довольно, сыт я.

Пьёт вино из золотой чаши и ест куропатку.

Слушай мой приказ. Немедленно нищего Христа мне привести.

Лечить он может. Ноги разболелись. Глаза опухли лишь

После вчерашней пьянки.

Действие 3

Иуда.

Он рассказал о радостях Земных,

Когда же жрать он даст, а трепотнёй,

Кормить себя, без устали, мы можем.

Ведь если бы не я, казна была б пуста,

И есть бы не было, ни чем укрыться.

Всё сделал я – да, грязен, нечестив,

Но без меня завял бы майский ландыш.

Хоть вылечи богатого господина,

Чтоб было что есть и где остановиться.

В тенистой зелени поговорим о мире,

О мере мира, что собой несёт.

Не любит он меня: намедни,

Сказал, что пуст шиповник: без шипов и роза,

И расцвести иначе не могла.

Никто и не обратил вниманье на чудо

Я подметил. И роза – самое прекрасное

Цветок, так полон свежести и капельки

Росы стекают по лепесткам.

Жобра та роза, прекрасная, зачем ей шипы?

Если доброту несёт? Надменна роза и горда.

И кто сорвёт – уколится тогда.

Как можно сочетать божественное с колючками? Мы привыкли,

А он указал на то: что злой цветок.

Опасный – мёртвой красотой кесаря.

Кесарево – кесарю, Божие – Богу.

И протянул мне ромашку.

Бедный цветок, но из него заплетают венки.

И проще, благодарственней не сыщешь.

Зачем он трогает незримый ход вещей?

Что есть – то есть: но и не надо больше.

Он поражён такою переменой, что всех

Надо любить уж любят все и так.

Нам горсть камней кидают вслед.

Все города нас проклинают.

А он твердит всё о своей любви.

Где Бог то? Далеко?

Прислал бы облако, чтоб по Земле не

Плыть, а лишь по небу.

Смотрю я и дивлюсь: опасный сумашедший.

Что мне до рая в небесах, когда я грешен?

И так хочу я жизнь прожить сполна.