Смерть на Арбате. Об убийстве губернатора Колымы

Все были под впечатлением трагедии и только говорили об этом. И в это время по телевизору стали показывать момент убийства. Вот идет губернатор, вот из-за колонны выходит человек в шапочке, догоняет Гудкова и стреляет из пистолета в затылок. Гудков падает и какой-то человек в панике прыжками мчится к дверям, а стрелявший тут же скрывается. Потом показывается фигура Гудкова лежащего на земле. Синегоров тяжело вздохнул: «Вот и кончился его путь, куда-то мчался, чего-то добивался и так нелепо в расцвете сил и лет оказался лежащим на Арбатском тротуаре под ногами равнодушных москвичей.

И все, его скоро вычеркнут из списка нужных людей: забудут и завтра же начнется драка за его кресло и наследство. И все, кого он приблизил и кормил, предадут его. И не надо ему уже ни денег, ни почестей, ничего.

Сердюк спросил:

– А кто это, как заяц, прыгал к дверям?

– Фирсов усмехнулся:

– Кто? Да это же Смушка, помощник председателя губернатора в Москве. По радио передавали, что в него тоже стреляли.

– Если бы стреляли, то он бы не скакал как полоумный, а рядом лежал – отозвался Мелешин.

Вдруг зазвонил телефон прямой связи с Карабановым. Синегоров молча выслушав, ответил, что все понял и положил трубку. Тут же позвонил дежурному и попросил найти заместителя начальника СОБРа.

– Вот так, уважаемые начальники. Смушка уже охрану просит, а наши руководители приказывают послать в Москву собровцев, – объявил он.

– Да кому он на хрен нужен, этот придурок? – возмутился Сердюк.

– Обжегшись на молоке, дуют на воду – философски заметил Мелешин.

Вошедшему в кабинет зам. начальника СОБРа Должинову Синегоров коротко объяснил ситуацию и велел завтра вылетать в Москву. Кроме Должинова ехать было некому. Половина СОБРа в Чечне, устанавливает конституционный порядок, другая половина в отпусках после длительной командировки. Обрадованный Должинов помчался собираться в командировку. Почему бы не слетать в Москву на казенный счет?

После его ухода принялись обсуждать версии. Первая связана с полубандитской группировкой Бочкарева, которые занимались в последнее время вполне легальным бизнесом с ГСМ.

«Бочкари» как их называли в городе потихоньку отошли от рэкета и постепенно превращались в средней руки бизнесменов. Главный «Бочкарь» всегда ходил в приличном костюме с галстуком, вернее не ходил, а ездил в огромном джипе. Вошел в совет Национального отделения самой правой партии, поддерживал кандидатов в депутаты различных уровней от своей партии.