Воля Божья?

Но будучи бессильным под брызгами зла от нерадивого ученика, руководитель не желал выносить сор из избы и попытаться получить помощь например, у инспектора по делам несовершеннолетних. А ведь забавы школьника не ограничивались баловством в учебном кабинете, а временами переростали в третирование более слабых, физически или психологически, детей. Отец одной обиженной мальчиком девочки даже вынужден был встретить школьника на улице, после уроков, и пригрозить ему. Так папа защищал свою дочку. «А что же с ним делать мне?», – подумал Супрунов о Дане на первом же уроке, -«ведь спокойно заниматься математикой он классу возможности не даст».

Пришлось отсадить от нарушителя дисциплины не только соседа по парте, достаточно спокойного Даниного одноклассника, но и учеников, сидящих позади баламута. Благо в кабинете имелась такая возможность. И, таким образом, рождалось убеждение, что удалось воздвигнуть волнорез, способный противостоять попыткам Дани вызвать шторм в классе. Но не тут то было. После происшедших пересаживаний шестиклассник озадаченно и несколько растерянно начал осматриваться, и не обнаружив поблизости учеников, могущих стать объектом его пакостничества, он сначала разочарованно притих. Но все-же, через некоторое время, на уроках пытался дотянуться и к отдаленным от него школьникам, но Игорь Ярославович старался пресекать эти попытки. В общем, не сложились вовсе добрые отношения у учителя с Даней. Вместе с тем, школьник с некоторой опаской относился к новому преподавателю и на уроках математики вел себя терпимо, лишь иногда теряя контроль над собой. Тогда он мог, например, в середине урока зло и громко рассмеяться, пока другие дети что-то старательно записывали в тетрадках. Или, опоздав на урок и зайдя в класс через несколько минут после звонка, получал удовольствие от пинания чьего-то портфеля, стоящего на полу, по дороге к его парте. Задатки лидера, безусловно, у Дани имелись. Плохого лидера. А поскольку доброго, в противовес ему, в классе не нашлось, то одноклассники лишь настороженно поглядывали на выходки неуправляемого мальчика. А Даня, завороженный вниманием класса, пытался позволить себе все более изощренные пакости, игнорируя замечания безвольного директора и сорокалетней своей классной руководительницы, женщины, придавленной жизненными заботами о наполняемости домашнего холодильника и сведении концов с концами. Она лишь пыталась мирно уладить каждый конфликт, не желая решать вопрос принципиально.