Исповедь алкаша над пропастью ада. Честная история падения

Холодная вода из под крана на голову не годилась, – на улице стояли приличные морозы, и я мог серьёзно простудиться. Нашатырный спирт, подносимый к носу, заставлял лишь дергаться голову, которая через секунду свешивалась на грудь. Я вновь заваливался на кровать. Наконец, Ленкиным друзьям это надоело. Кто-то накинул на меня куртку, кто-то нахлобучил ушанку, натянул на ноги чужие ботинки. Ленка едва выдавила из также вырубившегося Мишки мой адрес. Два парня подхватили мою тушку под руки и вынесли из дома. Троица представляла собой классический вариант: двое не твёрдо стоящих на ногах собутыльников, между ними повисший на их плечах третий в дрезину надравшийся сотоварищ.

Для полной картины не хватало гармошки и выкриков слов из популярных застольных песен. Ноги мои на протяжении пути то влачились за обмякшим телом, то пытались поймать точку опоры. Благо мой и Мишкин дома стояли, да и сейчас стоят, недалеко друг от друга, и ребятам пришлось волочь бренное тело не очень долго.

Дальше мне рассказали уже предки (слово «предки» в отношении родителей я всегда употреблял любя, без малейшей доли пренебрежения).

Раздается звонок в дверь. На пороге стоят два прилично поддатых юноши и держат какого-то мертвецки пьяного парня. Его опущенная голова, будто привязанная к плечам толстой веревкой-шеей, футбольным мячом катается по груди.

– Ребята, вам кого? Вы, наверное, ошиблись.

– Посмотрите, это ваш сын? – один из парней за волосы поднимает с груди «футбольный мяч».

– О, Господи!!! – вырывается у матери.

 – Не может быть. Позор какой!

– Несите сюда, в комнату, осторожно, на тахту кладите, – тихо, севшим голосом, произносит отец. – Где вы его подобрали?

– Слава Богу, не подобрали, он у нас был, на дне рождения. Сам вам завтра всё расскажет, мы пошли.

Как только за парнями закрылась дверь, тело на кушетке конвульсивными движениями и невнятными звуками подаёт признаки жизни. Рвотный фонтан летит из ротового отверстия. Отец бежит в ванную комнату за тазом.

Вторая порция содержимого желудка гремит уже по дну и стенкам тазика.

Мальчику плохо. Его выворачивает. Рвать уже нечем. Изо рта капает желчь.

Мама разводит в стакане воды соду. Папа вливает содержимое в рот сыну. Сын через минуту изрыгает его из себя. Потом ещё один стакан и ещё. Желудок очищается. Процедуру завершает стакан молока с мёдом. Пьяное чадо засыпает до утра.

Пробуждение было ужасным. Состояние примерно такое же, как у Стёпы Лиходеева в «Мастере и Маргарите».