Коротенькие рассказики. Том II

То-ли он следил за ней, то-ли ему кто сказал… Но он пристал к ней, говорил: «возьму замуж, буду писать остаток дней».

Как мне было рассказано позднее, он был со станции, отслужил свое, осталось несколько месяцев, когда солдаты начинают оставшиеся дни считать. От него пахло мужскими духами. Ну, чем не жених, чем не мужчина! И робу свою солдатскую не снял, как другие…

Ей было девятнадцать лет. Деревня её называлась «Зырянка». От неё пахло цветами, носик прямой, горячий, сама вся горячая. Ну, чем не невеста, чем не будущая жена для мужчины! Училась она в областном центре, перешла на следующий курс.

Училась, кстати, на фельдшера-акушера.

«Всё, он на мне женится. Я так решила. Письма буду ему писать…»

А идти надо было ещё километра полтора-два. Тут, в лесу она и отдалась ему – уговорил, зацеловал, уломал.

На завтра он наверняка рассказывал о своем «подвиге» дружкам. О своем «подвиге» он, конечно, не забыл, но она случайно от подруг узнала, что вчерашний вечер для него был очередной «подвиг», что он жениться собрался тоже на Люде – так совпало, а вовсе не на ней.

У него была на той же станции невеста.

– Девочки, я же вчера стала женщиной…

И рассказала всё, как было, со слезами.

– Девочки, спасите мою душу!

Одна из них говорит:

– А что спасать? Не ты первая, не ты последняя…

МИТЯ «ЖАР»

Почти в каждой деревне есть Митя Жар, но поговорим о настоящем Мите «Жар». Кто его так окрестил – неизвестно. Но все по за глаза всю жизнь до самой пенсии так и звали Митей «Жар».

Жил он тихо, спокойно, как говорится, никому не мешал. Глаза у него были чем-то больные с детства, слезились, были красные, ну, не совсем красные, а розовые. Сейчас я расскажу о нем подробно.

Шел он из Яру – там рубил деревья. Дочь там у них стояла на квартире. Шел пьяный из Яру в Беляковку. Это в четырех километрах от Беляковки, кстати сказать, моей родины. Четыре километра – закрой глаза, дойдешь! Во-первых, одна дорога, во-вторых, летом, по крайней мере, было видно Беляковку.

Я в детстве несколько раз ходил по этой дороге. Но с большой пьянки можно было заблудиться в трех соснах! Он, видимо, пошел не той дорогой. Идет так километр, три, пять, семь… начал трезветь. Возле кустиков сел и заснул пьяный да намаявшийся. Так и уснул навсегда – замерз.

ОСТАНОВКА У ХРАМА

(стихи в прозе)

Не верю в Бога, люди, я —

Потому что с детства я не верю;

Но поклонись и постой,

Отдай дань уважения строителю – народу.