flashmob. Стихи

С остервенелой непогодой

сражаясь до изнеможенья,

всю силу, данную природой,

вложив тогда в сопротивленье,

ствол, ухнув, рухнул – жуткий звук, —

и ветви, будто сухожилья

из ампутированных рук,

к теням тянулись от бессилья.

Был корень вывернут и сломан,

крестом могильным, нем, торчал,

и злой вороний тошный гомон,

как вечное «Аминь» звучал.

Но по весне из бурелома

росток пробился нежным цветом

и, душу выведя из комы,

наполнил мир небесным светом.

Летучая мышь

Неграциозно, некрасиво

дойдя до края негатива,

назначив кромке роль трамплина,

взлетела, выбравшись из сплина.

И фибрами познав суть «свыше»,

я сострадаю серой мыши

(я ей была всю жизнь ебучую,

пока из серой мелкой твари,

как у Пелевина в EMPIRE`e,

не превратилась в мышь летучую).

Теперь мой мир гораздо выше,

чем мир чуланной серой мыши…

Лечу и думаю: «Хуясе!

Я – мышь в верховной ипостаси!!!»

В отстое

Я —

проигравшая

все войны,

довольствующаяся

отстойным,

потворствующая

бездарности,

отказавшаяся

от элитарности

(потому как она – миф моей нации) —

присутствую на коронации

титулуемой в номинации

«Мисс Негатив».

Вокруг папарацци и

селебрити

(мать их ети),

гламурные сучки…

Затем – аперитив

в ресторации.

– Как вы дошли до ручки?»

– Как? Жила-была,

Шла-шла

и дошла.

Искала смыслы,

умные мысли

и, как все странные люди,

мечтала о чуде,

а его навигатор

не ведет ко мне,

то есть в тупик,

и мой немой крик

не засек ни один пеленгатор

из вне»…

DJ поставил Jamiroguai.

Потом – Марли.

Тот пел: «No woman, no cry»…

Не успокаивай,

darling.

Знаешь, дрэдастый,

я из касты

тех, кого победили.

Сбитым, нам, место в утиле…

Мы – проигравшие все войны,

довольствующиеся отстойным…

И в этом самом отстое

оставьте меня в покое.

Людвиг ван и парабеллум

«Соль – соль – соль – ми» изо всех сил,

и Людвиг меня спросил:

«А где б ты хотела

обрести равновесие тела

и души?“ „В Пасси.

или, хотя б, в Масси.

Или в другой части Парижа…

С какой целью спросил, парниша?

Я обречена жить там,

где каждый по-своему хам,

где срач и пьяные в хлам.

В Калашный ряд да нам…»

Тут он отвлек меня фугой

си – бемоль, назвал подругой,

сказал: «Убери-ка пальчик с курка.

Прошу, не валяй дурака.

Не спорю, жизнь твоя нелегка.

Но это – не выход“.