У жизни свои повороты. Рассказы, новеллы, новеллиты

Ровно через три минуты появился всё тот же человек, но с подносом побольше, поставил на стол вазу с фруктами и бутылку вина. Взяв белоснежную салфетку, чуть наклонил тёмное стекло с красным вином, чтобы ей удобней было рассмотреть название, дату и место рождения этого удивительного напитка. Чуть помедлив, она слегка качнула головой в знак согласия. И в это время, будто крадучись, до неё донеслись первые звуки мелодии Эдварда Грига.

Виктория подняла наполовину наполненный бокал и пригубила его так, чтобы напиток богов лишь окутал полость рта, заставив работать только рецепторные точки.

Душевная музыка великого норвежского композитора вместе с новыми глотками вина кружили голову. А её всё настойчивее сверлила мысль: «Когда же он придёт».

Будто отвечая на её вопрос, с подносом на пальцах появился человек и снова с запиской. Открыв её, она прочитала:

«Я не скажу вам, что люблю,

Всеобщей моде подражая.

Как часто говорят люблю,

Совсем о том не помышляя».

Она бросила записку на стол рядом с первой и уже раздражённо прошептала: – Мог бы от себя написать, а не красть строки у великих поэтов.

Виктория не знала, что ей делать: уйти или ждать. Она уже начала понимать, что происходит какая-то игра. И какая роль в ней отводится ей – красавице, не совсем понимала. Верх взяло женское любопытство: чем весь этот спектакль закончится. Новый глоток вина слегка остудил её экзальтический порыв, который волнами поднимался откуда-то снизу и устремлялся к голове, на которой так изящно смотрелась причёска дорогого скульптора.

В зале появились первые танцующие пары. Они едва двигались, разговаривая шёпотом. Полумрак, мелодия Грига, парные свечи на столиках, дорогое вино – всё служило одному: душевному уюту. А она, как назло, все ещё оставалась одна.

Неожиданно появился человек с большим букетом крупных ромашек. И лишь в самом центре этого бело-желтого круга по-особому была вставлена красная роза. Она приняла цветы и уже более снисходительно произнесла:

– Да, оригинально.

Букеты говорят иногда красноречивее любого признания. Но что это за послание?

«Что делать? Что делать? – стучало у неё в голове. – Уйти или остаться. Остаться или уйти». Ей уже становилось неудобно так долго находиться одной. Она чуть привстала, чтобы сделать первый шаг к побегу, но тут снова ниоткуда появился уже надоевший человек и протянул на позолоченной подставке голубую бархатную коробочку.