Трое в столице

Ведь работа в академии – это не только доходно, но и престижно! И вот теперь он будет вести у нас боевую подготовку…

Прижав к груди присмиревшую Злюку, я вздохнула, проводила взглядом удаляющегося нелюдя и машинально почесала серое ушко, с удивлением услышав в ответ новое мурчание.

Странно. Раньше Злюка в основном фырчала и шипела. Лично я считала ее боевой подругой, которая мало того что не бросила нас в беде, но еще и по мере возможностей помогала сражаться с нежитью. Однако после возвращения в академию она держалась подчеркнуто независимо.

Гуляла где захочется. Делала что вздумается. Пищу из рук принципиально не брала. На еду из столовой косилась с презрением. И вообще была на редкость самостоятельной особой. Но, похоже, мрон ее порядком напугал, и теперь она таким своеобразным способом говорила спасибо за то, что ее не оставили на съедение страшному полукровке.

О чем в это время вещал Ларун, я уже особо не прислушивалась.

Кошка оказалась на удивление теплой и мягкой, густая шерсть приятно обволакивала пальцы, а тихое мурлыканье действовало на меня умиротворяюще.

Когда же Злюка, окончательно разнежившись, задремала у меня на руках, я окончательно успокоилась и, смирившись с необходимостью занятий у нового преподавателя, со вздохом вернулась в реальность.

Оказывается, предварительный инструктаж уже закончился и народ начал разбредаться по залу, прямо на ходу махая руками, делая наклоны и привычными движениями разогревая суставы.

– Разминка, Ниэль! – прошептала Ланка, дернув меня за рукав.

 – У нас всего пятнадцать минут. Так что бросай свою кошку и пошли заниматься.

Я в затруднении повертела головой, не зная, куда деть уютно пристроившуюся на моей груди Злюку. А потом отошла в уголок и, усадив ее на низенькую скамейку, пообещала:

– Посиди тут. Я скоро.

Злюка тут же распахнула желтые глазищи, пару мгновений внимательно меня изучала, но потом благосклонно наклонила голову и преспокойно улеглась, обвив лапы длинным хвостом.

Причем легла она, как королева – неторопливо, с непередаваемым достоинством, поглядывая на странных двуногих со снисхождением и полным осознанием собственного превосходства, которое, как мне кажется, у кошек было врожденным.

Я мысленно хмыкнула и отошла к своим. Минут пять честно разминалась и тянулась. Пару раз высоко подпрыгнула, с удовлетворением убедившись, что тело прекрасно слушается и прямо-таки требует нагрузки. Потом попробовала пробежаться.