Тебе жить. Роман

Нередко пресловутой «китайчанкой». Да и сама работа серьезно отличалась от того, чем должен заниматься программер в его – Сергея – представлении. Вместо установки клиентам нового программного обеспечения, или на худой конец починки старого, они целыми днями должны были висеть в Сети. Разглядывая сайты местных Пупковых-магнатов, записывая их плюсы-минусы. Пупковы же, в большинстве своем, не представляли, что значит в наше время грамотно сделанная страница. Предпочитая по старинке вбухивать деньги в плакатную живопись гигантских размеров.

Сайты их были однообразными и скучными, изюминки не было ни в одном.

А за окном…. Еще каких-то пару недель назад здесь было лето. Лето – это «рваный монтаж».

Утомительное это дело – лето в большом городе. И вдруг все исчезло. Лето обрушилось за горизонт. Асфальт перестал быть обжигающим, бензин – таким вонючим, прохлада – несбыточной. Солнце стало усталым и тихим, а город – домашним и пыльным. М-да, осень….

За окном была осень. А места у окна-то Сергею, между прочим, не досталось.

Первый день их Большеносый Босс, которого на самом деле звали Виталием Сергеевичем Соколовым, начал с расстановки персонала. Рассадки, если быть точным.

– Занимайте свои места, – гостеприимно распахивая дверь в кабинет, предложил он. Четыре абсолютно одинаковых машины на четырех абсолютно одинаковых столах. «Оперативно работают, собирались брать троих, а „компа“ уже четыре», – подумал наш герой и бухнулся за стол прямо посередине кабинета. Путь к окну все равно был отрезан Задохликом.

Последний, как и предсказывалось, осторожно сел у окна. Преданный, похоже, был в полной растерянности и явно предоставлял право выбора даме. Наиболее странно повела себя, кстати, именно она. Взглянув на Сергея с явным неудовольствием, вопросила:

– Молодой человек, Вы именно здесь хотите сидеть?

Скрыв недоумение («вот не думал, что кто-то еще позарится на такое дурацкое место») наш юноша ответил:

– Да, только я собирался не сидеть здесь, а работать…, – и все это с такой отечески-обольстительной интонацией….

Но пуля, летевшая – минимум – в «девятку», по какой-то необъяснимой причине сорвалась с траектории и сгинула в «молоке». Хотя, почему необъяснимой? Этот взгляд отбивал и не такие пули.

«Кхг-м, несгибаемая девушка…».

Уже какое-то время спустя новоиспеченные сотрудники узнали, что это был хитрый психологический тест, придуманный Ежом. Им на погибель. Ежа, кстати, звали Валерием Владимировичем. Так вот – тест.