Последнее сражение Рамиреса

 – Я могу тебе дать то, что избавит тебя от усталости, если ты устал, накормит, если ты голоден, вдохнет в тебя надежду, если ты отчаялся!

«Наверное, торговый агент», – подумал я, но вслух спросил:

– И что же это?

Макки (а было очевидно, что под этим именем он имел в виду себя), казалось, только и ждал от меня этого вопроса.

– Звездная пыль! – возвестил он, извлекая из глубины кармана своих грязно-коричневых штанов пробирку с полупрозрачными кристаллами внутри.

– Это что? – спросил я, наблюдая за пассами его рук перед моим носом.

– Какая разница, как это называть! – возмутился Макки. – Это – твой билет в другую реальность! Дверь в мир, где ты будешь богом, причем в первый раз ты отправишься туда совершенно бесплатно. Андестенд?!

Я смотрел на кристаллы, не отводя взгляда, и что-то внутри меня уже поддалось его напору, поскольку я был голоден, а также очень устал и был на грани отчаяния.

«Бесплатный сыр бывает только в мышеловке!» – вопил мне рассудок, но рука уже дернулась, чтобы взять пробирку.

– Жертвенные овцы! – откуда-то сверху к нам донесся громкий крик.

Подняв голову, я увидел, что примерно в двадцати метрах над нами, на выступе, опоясывающем конический мегаскреб, стоит какой-то бородатый мужчина в длиннополом плаще. В правой руке у лица он держал какое-то приспособление, служившее ему мегафоном. Сильный ветер грозил скинуть безумца вниз, но он не обращал на это никакого внимания.

– Вот дерьмо! – с досадой воскликнул Макки.

 – Один из этих долбанных апокалиптиков! Сейчас здесь будет полно копов! Ну, если что, ты знаешь, где найти Макки!

И он растворился в толпе.

Едва его дородная фигура скрылась в быстро сгущающейся туче зевак, во мне возникло чувство, что я чуть не совершил большую глупость. Но от этих мыслей меня отвлек новый крик безумца.

– Жертвенные овцы! – вновь прокричал он, обращаясь к скопившейся под ним толпе. – Бессмертные принесут вас в жертву, они избавятся от вас, как от вещи, переставшей быть нужной…

Вокруг него, осветив ярко-белым светом, зависли патрульные боты сине-белой расцветки.

Это можно было бы принять за постановку какого-то безумного шоу: человек, стоящий у края пропасти на фоне, словно нарисованного свинцово-коричневого неба, а так же мегаскреб, похожий на задник театральной сцены в ярком свете фар патрульных ботов, как будто в огнях театральной рампы.