Для метро

– О, господи, прости, пожалуйста, ошалел совсем от всей этой роскоши! Хочешь кофе с виски, по-ирландски?

Я благодарно кивнула, и ты, обронив что-то вроде «Жди здесь, никуда не уходи», протиснулся к стойке.

На сцене совещались музыканты, непринуждённо, словно наедине. Я не уловила момент, когда их спор превратился в новую тему. Контрабас, мягко ступая кошачьими лапами, прошёлся по залу, затем на очень высоких нотах вступил рояль, без конца повторяя короткую фразу, полную тоски и отчаяния. Стало очень грустно, как будто теряешь что-то навсегда….

Я нашла глазами твою спину – ты объяснялся с барменом, улыбнулась. Ты обернулся, помахал мне рукой. Я раскрыла ладонь тебе в ответ.

Потом мы пили горький кофе с виски, я согрелась. Слушали музыку, пили ещё виски – уже без кофе. А я смотрела на твои спутанные волосы, и отвечала невпопад.

Когда я проходила у тебя за спиной, то не удержалась и тихонько провела рукой по твоим плечам. Ты замер.

Я давно забыл, что такое нежность.

А ты улыбалась мне так хорошо и просто. Без второго дна и тайной мысли, искренне и только мне. Потом ты ушла, а когда вернулась, я встал, чтобы поцеловать тебя. Ты ответила.

Мы танцевали наш первый танец, и каждый пытался вести – выходило неловко и смешно; ты, во всяком случае, веселилась от души. Когда я перестал корчить из себя мачо, стало получаться лучше. Старик в белой тройке поднял бокал в нашу сторону, я кивнул ему в ответ. Казалось, все вокруг – друзья. Твоё тело – так близко, я касаюсь его, удивляясь теплу.

Мы так податливы… Шаг навстречу – ты ускользаешь, но не уходишь. Твои ладони скользят по моим плечам вверх, смыкаются в волосах. Я чувствую твою грудь. Ты дразнишь меня. Я с удовольствием распускаю руки. Ты смотришь мне в глаза, двигаешься чувственнее. Когда музыка заканчивается – мы продолжаем танцевать. Ты откидываешься назад и хохочешь, а я держу тебя, и добрая Влтава качает нас.

– Пойдём ко мне!

– Пойдём. А как это будет по-чешски?

– Пойд ми некам, кде будемо сами.

– Это наверняка не точно, но красиво.

– Это лучше. Это значит «пойдём туда, где мы будем одни». Но у них это звучит лучше.

– Лучше. Я выучу чешский, чтобы говорить с тобой.

– Говори со мной!

– Я говорю! – я рассмеялась.

Мы вышли, за дверью ноябрь встретил нас, как положено.

– У меня дома снег лежит с октября.

– А у меня нет дома. У меня, – ты оглянулся, – у меня всё, как есть.