Истории о золоте и огне. Сказки и сказания

Ильфин таскал-таскал хворост на своём горбу, потом горб на пса наконец переложил. Сподручнее стало ему работать. Пёс тогда болеть стал. Вот несёт однажды Ильфин дрова на спине, а пёс еле-еле за ним поспевает, хоть и без поклажи.

– Ты очень плохая и ленивая собака, – сказал тогда Ильфин.

– Да, я очень плохая собака, – ответил пёс. Дошли до города, лёг пёс у порога, ночью издох. Горб снова к Ильфину вернулся.

Пошёл тогда Ильфин в лес, к большому старому дереву. Попросил:

– Дедушка дуб, помоги, пошли мне живую душу, что могла бы мне помочь!

Выбежала тогда к нему из лесу маленькая лань.

Поскорее переложил на неё Ильфин свой горб. Перестала лань тогда бегать, стала ходить шагом. Погрузил Ильфин на горб лани дрова, отправился обратно в город. Так он дальше долго работал.

Однажды тёмным осенним вечером возвращался с ланью домой, очень поздно. Слышит – рог в лесу трубит, собаки лают. Сказал лани:

– Бежим быстрее в город, пока нас не догнали.

– Ты беги быстро, я не могу, – сказала лань.

Пошла дальше шагом.

Тогда побежал Ильфин что есть сил. Слышит женский голос сзади:

– Вон он, самый быстрый из оленей и ланей в этом лесу! Добудем его!

Тогда ночные всадницы и собаки догнали его, и больше горб Ильфина к нему не возвращался.

Охотники на тнаков

По ту сторону ночи жил в своем доме старый-старый хын. С ним – четыре брата-охотника. Добывали тнаков, приносили хыну; он мясо варил, между всеми делил, лучшему из охотников красный гребень носить давал.

Однажды ночью пришёл к дому зверь, стал дверь грызть, царапать. Тогда брат с красным гребнем и самыми длинными ногами вышел из дому в темноту. Не вернулся, луну его не было. Потом с дальней охоты остальные возвращаются, говорят хыну:

– Видели мы в холмах новый дом, там ушедший живёт, жена у него, ручной зверь во дворе.

– Зато красного гребня у него больше нет, – сказал хын. – Слишком длинные ноги для настоящего охотника, слишком далеко ушёл.

Всем им обрезал пальцы ног. Больше к холмам не ходили.

Тнаков тоже не догоняли, стали ставить силки на птиц. Хын их варил, между всеми делил, давал красный гребень тому, кто приносил больше птицы.

На другой год опять ночью пришёл к дому зверь, стал дверь грызть, царапать. Тогда брат с красным гребнем и самыми ловкими руками вышел из дому в темноту. Не вернулся, луну его не было. Потом с дальней охоты остальные возвращаются, говорят хыну:

– Видели мы за рекой новый дом, живёт там ушедший.