Вспомнить ВСО. Мини-мемуары и рассказы

И вот почти через двадцать лет я слышу его голос, и где – у черта на куличках, в заваленной снегами Эвенкии!

Я тут же вспомнил то забавное обстоятельство, при котором Иван заявил о себе в первые же дни службы в нашей военно-строительной части под Костромой. Это был экспериментальный батальон, личный состав которого был призван в один срок, а потому не знал, что такое дедовщина и нас, полтора десятка новоприбывших курсантов стройбатовских Нижнетагильской и Калужской учебок, никто не трогал. Кроме старшины роты Кадралиева, невысокого, но почти квадратного киргиза.

Тот взял моду вызывать к себе в каптерку каждый вечер по одному из нас, вручал боксерские перчатки, другие надевал сам и устраивал показательный бой. Совершенно невзирая при этом на то, владеет ли его противник боксерскими навыками. Так он отлупил троих или четверых из пополнения (до меня еще очередь не доходила), потом вызвал и Ваню Заливако.

Ваня что-то пробурчал себе под нос и зашел в каптерку. Скоро оттуда стали раздаваться характерные звуки ударов, шмяканья тела о хлипкие стены каптерки, невнятные восклицания.

А потом резко распахнулась дверь и из каптерки кубарем вылетел… старшина Кадралиев! Откуда ему было знать, что он нарвался на настоящего боксера. Больше Кадралиев никого не трогал. Иван тоже. Разве что когда его трогали самого.

В армии мы с Иваном особо не дружили, так, здоровались, и все. Он служил в другом взводе и у него был свой круг приятелей. Но сейчас-то это не имело никакого значения, сейчас он, конкретный свидетель и участник нашей армейской юности, был мне как брат.

И мне его надо было во что бы то ни стало увидеть.

Я нашел Ваню в одном из туринских предприятий. Да, это был он, мой однополчанин хохол Заливако, такой же широколицый и улыбчивый, с приплюснутым носом, такой же неподражаемо бубнящий. Прошедшие годы мало изменили его. Оказывается, Иван обо мне узнал еще раньше: видел мою подпись в окружной газете «Советская Эвенкия», слышал мои передачи по окружному радио (я там одно время подрабатывал), но не мог поверить, что я здесь, в Туре.

Он все собирался зайти в редакцию, чтобы удостовериться – я здесь работаю или не я? – да никак не мог собраться. И вот мы все же встретились – через два десятилетия, через многие тысячи километров, именно здесь, в Эвенкии. Обнялись, похлопали, как водится, по плечам друг друга, выпили, вспомнили армию.

Иван приехал сюда по так называемому оргнабору намного раньше меня.