Океан. Белые крылья надежды

Кирк шел рядом с Эбигейл, а замыкал шествие Винченцо. Ангелика то и дело слышала его недовольный голос и обвинения в адрес Алессандро, затащившего их в "эти чертовы джунгли". Но Алессандро эти нападки оставлял без внимания, успел с ними свыкнуться. Винченцо же такое поведение Алессандро только сильнее раздражало, и в спину Алессандро стрелами неслись новые упреки. В какой-то момент Ангелика даже подумала, а не лучше ли было оставить Винченцо умирать, когда была такая возможность. Но тут же поспешила отогнать эту жестокую мысль.

Так или иначе, им всем тяжело. Каждый справляется с тяготами так, как умеет.

После нескольких часов упорных попыток продраться сквозь джунгли, их взору открылась небольшая равнина, поросшая травой и одиночными деревьями. Посреди равнины возвышался тот самый холм, к которому они так спешили добраться.

– Я больше с места не двинусь, – проворчал Винченцо, вытер рукой пот со лба и повалился на траву.

– Я тоже устала, – вздохнула Эбигейл и опустилась рядом. – Моим ногам нужен отдых.

А еще я соскучилась по океану. Глупо, да? Я знаю. Зато там был пляж, и можно было понежиться в теплой воде.

– Потерпи, милая, – сказала синьора Полетте, опускаясь на траву под ближайшим деревом. – Скоро ты будешь думать только о том, как хорошо, что этот ужас закончился, сидя в каком-нибудь ресторане в Нью-Йорке и потягивая кофе. Как же я соскучилась по кофе. Глоток крепкого кофе, и я бы почувствовала себя на седьмом небе от счастья. Скорее бы выйти к людям. Первое, что я сделаю, попрошу большую чашку кофе с изумительной пенкой и обязательно без сахара.

Не люблю кофе с сахаром. Сахар только портит вкус этого чудесного напитка.

– А я бы сейчас не отказалась от обычного хотдога, – мечтательное выражение появилось на лице Эбигейл. – И как можно больше кетчупа, горчицы, майонеза. И сосиску как можно лучше прожарить, чтобы шкурка хрустела на зубах. А еще я бы не отказалась…

– Эй, может, хватит? – вскинулся Винченцо. – Тебе делать больше нечего, как изводить себя и нас заодно своими идиотскими фантазиями?

– Не хочешь слушать, закрой уши.

– Закроешь рот, мне не надо будет закрывать уши, – огрызнулся Винченцо.

– Придурок.

– Эй, детка, не нарывайся.

– А то, что? Закроешь мне рот? Попробуй. Тогда тебе придеться разбираться с Кирком.

– Научи его еще гавкать, – осклабился Винченцо и растянулся на траве.

– What are you speaking about[7 - О чем вы говорите? (англ.)]? – Кирк повернул голову к Эбигейл, услышав собственное имя.