Океан. Белые крылья надежды

Если сейчас в Александрии температура приближается к тридцати градусам по Цельсию, то когда мы окажемся в Красном море, она будет, могу вас заверить, не ниже сорока градусов, – капитан отпил из чашки кофе и побежал взглядом по площади Мечетей.

– Даже не знаю, что сказать, – Леопольдо поерзал задницей по сидушке стула и посмотрел на полупустой стакан в руке, подумал, а не заказать ли еще один, а то и два.

– Не переживайте. На судне имеются кондиционеры… Могу я задать вам вопрос? Воспринимайте его как проявление любопытства, не более.

– Постараюсь.

– Вы так и не рассказывали, почему хотите попасть на Бермуды. Вы точно не турист и вас вряд ли интересуют Бермуды как страна, в которой вы еще не были. Первое время я думал, несмотря на все заверения Маурисио, что у вас нелады с законом. Как-никак, но выбрали вы в качестве средства передвижения не самолет, а корабль, к тому же грузовой, что, согласитесь, вызывает некоторое недоумение и даже подозрение. И я подумал, что вы наверняка приняли решение в пользу морского судна из-за того, что не хотели проходить паспортный контроль в аэропорту.

А если так, то мысль о неладах с законом вполне имеет право на существование. Не правда ли? – капитан пригладил двумя пальцами усы и отпил из чашки. – Но вы не похожи на преступника, как не похожи и на туриста или авантюриста. Вы большой, мне так кажется, домосед и ваши слова о том, что вы редко когда прежде покидали Италию, тому лишнее подтверждение. Леопольдо, вы мне задали загадку, над решением которой я бьюсь уже вот который день, с того самого дня, как мы с вами познакомились. Если бы не Маурисио, признаюсь, не уверен, что пустил бы вас на борт без справки от карабинеров. Удовлетворите же, наконец, мое любопытство. Кто вы? Преступник или, может быть, я ошибаюсь, и вы все же турист?

Леопольдо улыбнулся, поставил полупустой стакан на стол и откинулся на спинку стула. Взгляд коснулся пальмы, росшей неподалеку, затем перебежал на капитана, сидевшего напротив.

– Я сам не знаю, кто я.

– Как так? – удивление отразилось на лице капитана.

– Если у нас есть немного времени, я могу рассказать вам свою историю, и тогда вы сами решите, кто я.

Капитан расстегнул еще одну пуговицу на рубашке, забрал со стола фуражку и повесил ее на колено, после чего бросил взгляд на наручные часы.

– Если вам хватит двадцати минут, то я бы с удовольствием послушал вашу историю. Но только двадцать минут.