Под кроной памяти

– Ну вот, – Катарина надула губки и грустно вздохнула, – а я решила, что ко мне!

Девушка прошла в комнату, села на диван и пригладила растрепавшиеся волосы. Пес продолжал носиться по комнате, громко фыркая и скуля.

Катарина часто кокетничала и улыбалась, но сквозь ее улыбку проглядывала засевшая обида на обстоятельства. Она росла без матери – той пришлось уехать за границу, – и временами в девушке разгоралась ревность общего отца к брату. Но Катарина никогда не признавалась в существовании этой обиды ни себе, ни другим.

Она была упряма и бесцеремонна, и все свои желания старалась исполнять вопреки морали и тактичности. Ее изумрудные глаза хитро сверкали из-под огненной пушистой челки, а от нее самой часто веяло каким-то наивным коварством.

Иногда к девушке приходили нарядные посылки от матери: волшебные коробочки, таящие шелковые платья, ароматные духи, косметику, шоколад и прочие женские премудрости.

Раз в неделю раздавался телефонный звонок, и в трубке звучал мелодичный женский голос.

Разговор всегда был недолгим, но продуктивным: мать никогда не справлялась о жизни отца и брата, ее интересовала исключительно судьба Катарины.

Переезжать к матери девушка не стремилась, поскольку привыкла к Цетинье и не хотела покидать друзей и свою маленькую уютную комнатку. К тому же ей мешала гордость: несколько лет назад мать уехала, оставив ее на попечении отца и старшего брата, а теперь вдруг решила так запросто всё исправить.

– Флирт, это всё ты меня разбудил, – сказала Катарина, играя с собакой.

– Флирт, а ну спать! – вскипел Берт, он вскочил из кресла, схватил пса за ошейник, с силой затолкал его в чулан под лестницей и захлопнул дверь, подперев ее палкой. Пес обиженно пролаял, но быстро угомонился.

– Берт! – недовольно крикнула Катарина. – Зачем ты его всё время запираешь в чулане? Вот сам бы просидел там хоть бы минуту! Не думаю, что тебе такое понравится!

Велибор, словно не заметил никакой канители, лишь сказал привычное: «Сумасшедшая дворняга».

– Не дворняга он, а ирландский сеттер, просто не чистопородный, – возразил Берт, стряхивая шерсть с рук. – Катарина, иди спать! Чего ты вообще проснулась?

– Это Флирт меня разбудил! Он начал скулить и скрестись в дверь! – расстроенно заявила девушка, накручивая на палец прядь своих огненно-рыжих волос. – Велибор, а как у тебя дела?

– Всё… хорошо, спасибо.

– А зачем ты пришел тогда? – хихикнула Катарина.