Нини и её счастье

Это про таких Александр Розенбаум написал :

«…Лечить так лечить.

Любить так любить. Гулять так гулять.

Стрелять так стрелять…»

Смеялась я до слёз и до икоты так, что болели мышцы лица и живота. Тогда появлялась мама и с металлом в голосе произносила: «Катька, хватит смеяться, а то плакать будешь!». Мама, наверное, была пророком, или договор у нее был с духом местности, в которой я закатывалась в гомерическом хохоте, потому что вскоре я обязательно обо что-либо ударялась, благо, я была непривередлива и предмет интерьера, с которым я не состыковывалась, находился сам, и начинала с такой же силой рыдать.

Немного позже, в начальной школе, на такие перепады моего настроения любил смотреть класс.

Я вспоминала себя, и внутри меня, где-то в районе желудка, в нижней челюсти, в лопатках, в затылке кто-то большой и добрый распускал ремешки, сковывающие мои желания и меня САМУ. Дыхание неожиданно стало глубоким и свежим. Да, да! Именно свежим, как после дождя. Волны нежности к себе, ко многим своим проявлениям, стали окатывать меня.

Состояние восторга даже родило несколько слезинок счастья. Начинающая звучать привычная боль «я не такая, со мной что-то не так» превратилась в чудесное состояние тотальной нежности к себе, к самому факту моего существования.

Осторожно, «любить нельзя!»

Когда я начинала исследовать данную тему, у меня не было опыта погружения в изучение тяжелых расстройств личности, поездок на семинары в Вильнюс к прославленному психиатру Александру Ефимовичу Алексейчику.

Я пробиралась сквозь дебри собственного опыта жизни в браке с психически неуравновешенным человеком.

Всё мое нутро кричало о несправедливости. Никто не знал, что происходит в семье, как ведёт себя человек вне социума. Снаружи, на работе, среди друзей всё было близко к идеальному. В семье иначе. В главе «Страх потери ребенка» я постаралась бережно об этом рассказать.

Эта книга достаточно откровенна, но у меня нет желания причинять боль вам или себе рассказами о непростой жизни.

В любой момент вы можете перейти к другой истории, потому что Нечто внутри вас не готово сейчас проживать то, о чем я пишу. Это нормально.

***

Неоднократно встречала раздвоение личности, которое расщеплением или шизофренией не назовешь. Оно «странное». Необычен тип поведения и общения такой личности.

Тип поведения 1: человек добр, щедр, уступчив, открыт для общения, весел и оптимистичен, «социально приемлем».