Пашня. Альманах. Выпуск 2. Том 2

Я, ведь, уже и на кладбище с председателем договорилась… Может, думаю, и впрям банку пустую там захоронить, перед соседями уже неудобно.

Ладно мне, заканчивать буду, вона уже Митрич, хорюн беззадый, за бутылочкой потрясся, к восьми значит. Ты только отпишись поскорей, сестрица дорогая, а то сердце так и обливается. Всю неделю хожу и думаю, как сидит тот поганец и бабу Нину нашу с песком-сахаром пьет.

За этим, целую тебя крепко и кланяюсь,

Сестра твоя любимая Валентина.

Онлайн-курс Анны Старобинец «Проза для подростков».

Елена Белоусова

Ведьмасенс

1551 год, Московское государство, деревня Сущевка близ Ржева.

– Ведьма, истинно ведьма, и на коровку мою порчу навела, ажно ходить не могет, – взахлеб рассказывала бабка, стоя у маленькой избы. Вокруг столпились суровые мужики и упершие руки в боки крестьянки.

– А у меня она кота увела. Околдовала, ведьма! Ко мне он теперьма и не ходит! – пожаловался кто-то из толпы.

Из избы все это слушала пожилая женщина, споро собирая в мешок нехитрый скарб. На лавке сидела девочка лет восьми, одетая в дорогу: замызганные сбитые лапти, старенький и уже коротковатый ей сарафан, кожух, явно предназначенный для взрослого.

– Баб, а баб, а что люди деят? – спросила у бабушки испуганная девочка.

– Ничего, внуча, – ответила женщина, сунув внучке в руки мешок. – Ты в лес ристи, да меня не жди, в город путь держи. Поняла?

– Да, баб, – ответила девочка и шустро сиганула на задний двор – выход огородами был оттуда.

Женщина осталась и встала в сенях, глядя в щелку, как толпа все больше волнуется. У некоторых уже появились вилы и цепы. Ей бежать было бесполезно – стара она для такого, зря только внучку выдаст. Она смотрела и знала: они пришли сюда не из-за тощей яловой коровы, которую хозяйка ни в грош не ставила, и не из-за кота, который сам ушел от стервы, что его никогда не кормила и домой не пускала, потому что «для чего животинку без прока кормить, авось сам себе мышь споймает», и даже не из-за дара, тайного умения, о котором никто к счастью не знал.

Она не станет им мешать. Сейчас, когда Стоглавый Собор призвал всех людей гнать «ведьмино семя», хранить в семье Дар стало смертельно опасно. Не только нажитым добром – жизнью можно поплатиться, коли мир обвинит тебя в чародействе.