Крысолов

сухой фонтан

совершенный и мирный весь день

что-то там цветет неподалеку от сухого фонтана

как бывает иногда

просыпаешься в холодном поту

а воды больше нет одна соль

каждая секунда совершенного дня

безжалостна

как ухмылка серийного убийцы

о включите фонтаны на полную мощность!

написанное кровью на песке

написанное кровью на песке

подсмотренное в утреннем тумане

теле-дикторша на фоне звезды Давида

она лжет мне в лицо сама не понимая

за что ее будут линчевать ангелы

наверняка ведь она повязывает волосы

косынкой из модного бутика

идя на исповедь в церковь

под колокольный звон по большим праздникам

слова не так уж много значат но

они могут превратить мир в теле-бордель

продажные суки и лицемерные сволочи

отрабатывают дикцию на вранье

прямая трансляция из разбомбленных трущоб преисподней

мертвые дети улыбались в ледяном водовороте

не вижу ничего плохого в том

чтобы сжечь эту теле-тетку заживо в прямом эфире

мусульманок красивые платья красны

мусульманок красивые платья красны

черных вдов ожидание смерти беспечно

украинки плетут из ромашек кресты

что тут можно поделать? тебе делать тут нечего

от тебя не зависят ни день и ни ночь

ни кровавые лужи на мраморе ада

ты хотел бы кому или в чем бы помочь?

посиди покури и подумай: а надо?

прядь со лба задрожавшей рукой

прядь со лба задрожавшей рукой

узколицей привратницей ада

о от демонов волосы скрой

слишком много легло тут на карту

слишком многих волнует волос

твоих волны из пены морской

просто мне как всегда не спалось

без любви один рядом с тобой

простор ярости

настоянный на травах и цветах

в полуденной тени акаций воздух

о ярость как металл ножа светла

я знаю изменить еще не поздно

написанный на стенке приговор

кирпичной кладки лживые ужимки

построенный на правоте простор

исключит и намеки на ошибку

и ярость моя в воздухе висит

что крылья стрекозы что когти сов

кирпичной тьмы тюремный лабиринт

заржавленный как приговор засов

пепел из пыльной бури

он выпал пепел с погорелищ ада

на русской неотмоленной земле

из серых туч он серной гарью падал

как весточка о похоронке мне

из пыльной бури мгла и отблеск молний

ярились пеплом засыпая поле

ты русский мертв и до сих не отмолен

ты стряхивая пепел это помни