Всемогущие рабы

Костя Лебедянский, оказывается, был подписан на бюллетень РАН! И ещё как-то непонятно участвовал в конференции по проблемам искусственного разума в Бадене! Ой-ой-ой. Ей сразу стало неуютно, по спине вместе с каплями пота пробежал озноб. Ай-да, Кулибин, ай-да, Ломоносов! Надо тормозить, пока не поздно, и ждать результатов доморощенного комиссара Мегре-Сержика. Неужели Админ всего этого не знал? Одно из двух. Или он её всё-таки сознательно подставляет, или её мнение о его компетенции опустится ниже плинтуса. В любом случае всё это сулило ей два метра ниже поверхности почвы.

А это уже совсем нехорошо. И выпадывание Влобачевского с какого-то там этажа приобретало освещение совсем зловещее. Одноклассники, значит?

Nadeshda u poroga ещё раз запустила антивирусник на компе, а потом стала ставить блоки, где только можно.

«– Нащет моей публикации о 3 раза на месяц. Такое чувство что на этом сайте половина Мощные е..ри. ну и курицы которые не умеют читать. Всем остальным спасибо за советы!!мне здесь нечего делать.

 -»

Админ в своих догадках был прав; на трёхэтажном затылке Сержика в самом деле торчал жидкий хвостик, и именно его сейчас теребил отдел безопасности группы. Сержик находился на площади Победы, в тени одной из многоэтажек, что торчали воротами на въезде в Московский проспект. Банка пива выступила на майке тёмными пятнами, резко пахло луком, но Сержика волновало другое. Админ о задаче сказал только одно – «Никаких следов. И смотри всё по теме «Занимательно о чудесах».

Сержик так понял, что ему необходимо серьёзно покопаться в компе усопшего, а для этого надо уединиться в его каморке. Как?

Квартира была на одиннадцатом этаже, лифт скрипел, и его кабинку перекашивало с угрозой застрять между этажей. Сержик с опаской поглядывал на выломанную кнопку «Связь с обслуживанием лифтов», но всё закончилось благополучно.

Обшарпанная дверь в потёках серо-голубой краски – исторический раритет, и грязная, когда-то белая кнопка звонка не вдохновляли, как и постаревшая женщина, открывшая на звонок.

Сержик не сразу понял, что это вдова, и лет ей было не больше двадцати пяти. Ему стало страшно и неудобно. Женщина безразлично смотрела на него, теребила выцветшие, жиденькие пряди, был на ней ситцевый халатик, лицо припухшее, от недосыпу и горя. Никакой косметики. Как в старом советском фильме, муж алкаш, жена интеллигентка, или эта, как её… портниха…

– Вы, наверное, знакомый Игоря? К нему тут приходил уже… один.