Дом невезения. Рассказы и фельетоны

У Скорина после этих известий едва не случился нервный припадок, и вылилось все почему-то в жгучую ненависть к Шашкину.

Скорин был закален в борьбе с неприятностями, он был настроен на эту борьбу. А здесь – коварная, расслабляющая уверенность в легком успехе, и – неожиданный срыв.

– Башку оторву этому рыжему! – сквозь сжатые зубы пробормотал он и велел секретарю поменять воду в графине.

– Так только утром чистой заправили, – недоуменно сказала женщина.

– Смени, тебе говорят!!! – рявкнул Скорин. – Рассуждать научились!.

. Шашкина ко мне! Срочно!..

– Он у себя на объекте…

– Послать за ним! Чтобы утром был у меня!

За ночь Скорин не успокоился.

– Ты чего?! – встретил он окриком Шашкина. – Ты чего мне мозги канифолил?! Где твой хваленый водопровод?!

Шашкин, остановившись в двери кабинета, непонимающе хлопал глазами.

– Чего вылупился?! – гремел начальственный бас. – Иди ближе! Докладывай!

– Я… Я не знаю… А чего?.. У меня все готово…

– Готово! Как же! А санитарники?!..

– Вчера взял у них заключение, – Шашкин раскрыл свою папку и, нервничая, начал рыться в бумагах.

 – Вода хорошая… Не плохая… Надо комиссию на приемку…

– Что-о? – недоверчиво протянул Скорин. – Какая – хорошая-неплохая? Чего ты буровишь?! Где заключение?!

– Вот.

Шашкин нашел наконец в потрепанной папке бланк заключения санитарных врачей и протянул его начальнику.

Скорин быстро прочитал документ, но не усвоил сразу его содержание – сказалось нервное напряжение. Прочитал снова, потом еще раз, заставляя себя вникнуть в написанное.

Понял наконец, но не поверил. Не может быть, чтобы сразу оказалось так хорошо, такого у них еще не бывало! Главный санитарный врач подтверждал, что вода соответствует ГОСту и пригодна для хозяйственно-питьевых нужд.

Шашкин тем временем торопливо досказывал:

– … Мы же старались. Делали так, как нас учили: несколько раз промывали, хлорировали. И с трубами мы – аккуратно: развозили их на прицепе, разгружали прямо на бровку траншеи. Вручную…

Скорин оторвал свой взгляд от бумаги и перевел его на переносицу Шашкина.

Грозный вид его постепенно смягчался, глаза заблестели весельем, и он вдруг оглушительно захохотал.

– Ай, молодец!!! Вот так Шашкин! Вот так Скользкий Бугор!.. Какая вода! А?!.. Обкомовские водопроводы! Райцентровские! Тьфу! Куда им до шашкинского!.. Молодец, Рыжик!

Раскаты хохота Скорина разносились по всей территории. Дребезжали раскрытые окна, а у проходной во дворе заливались лаем собаки.