Воспоминание о настоящем

 – Ваши деньги меня не интересуют. Наоборот, планирую предложить заработать вам.

Подходит ближе, наклоняется, аккуратно поднимает с пола браслет и часы.

– Красивая вещь, – рассматривая браслет, говорит он.

Мне всё это надоело. Я запуталась, ничего не понимаю. Хочу домой, хочу есть, хочу спать, хочу навсегда забыть об этой истории.

– Макс, кажется, так вы разрешили мне себя называть?

– Вы совершенно правы, – расплываясь в улыбке и протягивая в открытой ладони мои вещи, отвечает он.

Осторожно забираю часы и браслет из его руки, неспешно надеваю их на запястье.

Макс тем временем возвращается на прежнее место, останавливается у окна.

– Бесконечно ценю возможность непринуждённого светского общения, однако вернемся к вашему предложению, – деловито продолжаю. – Чего вы хотите?

– Конструктивного сотрудничества, – не мешкая, произносит он. – Нам известно о вашем таланте, точнее, даре, и мы планируем использовать его в своих целях.

– Что? Я удивляюсь вашей наглости! – всплеснув руками, поднимаю глаза к небу.

Откуда он узнал? Как ему удалось это выяснить? Может, только догадывается? Может, своим уверенным тоном пытается ввести меня в заблуждение? Он не может знать достоверно…

– О чём вы говорите? Какой дар? – с возмущением уточняю, пытаясь не выдавать растерянности и используя весь свой незаурядный актёрский талант.

– Думаете, отказавшись от предложения, просто уйдёте домой? – не поворачивая головы, задаёт он вопрос, явно не требующий ответа.

Делаю глубокий вздох, считаю до десяти.

Очевидно, шутить со мной здесь не намерены. Необходимо действовать быстро и чётко, но благоразумно. Права на ошибку у меня нет. Внутренний голос подсказывает, что нужно попробовать потянуть время, оценить ситуацию, поиграть с их терпением, а дальше… Война план покажет. В любом случае, никаких других вариантов мне в голову не приходит. Пока не приходит.

– Значит так… – категорично заявляю я, почему-то решив, что могу диктовать свои правила. – Вашими стараниями я осталась без завтрака, поэтому мы сможем продолжить общение только после чашки горячего кофе.

– Отлично, – отряхнув руки от невидимой пыли, Макс наконец переключает внимание с пейзажа за окном на меня. – Не возражаете, если мы пообедаем на свежем воздухе? Сегодня прекрасный солнечный день, нет никаких причин для самовольного затворничества.

Смотрю исподлобья.

– Вам бы стихи писать, а не девушек похищать.

– Обещаю подумать над вашей рекомендацией, – холодно произносит он.