Суворов с нами. Дело

Лишать кадет их «строевой» —

Как расплеваться с ними,

Да будь кадет полуживой —

Он строя не покинет!

А шик и форс кадета в том,

По воинской науке,

Чтоб не стоять с открытым ртом,

В карманы сунув руки.

Чтобы и выправку иметь,

И каждой мышцею владеть,

И эту выправку свою

Являть и в шаге, и в строю.

Без подготовки строевой

Всё обернётся ерундой,

Без этой самой подготовки

Кадет не воин – хрен неловкий…

ВЕЧЕРНЯЯ «ЗАРЯ»

О вкусах я не говорю —

Они любыми могут быть,

Но как оркестр играл «Зарю»,

Мне и до смерти не забыть!

Вот звуки гимна отзвучали,

Потом внезапно, как судьба,

Бой барабанов, и в финале

Поёт волшебница-труба.

Мотив-то вроде безыскусный,

А в душу рвётся напролом,

И я, воробышек безусый,

Себя вдруг чувствую орлом!

Оркестр играет две минуты,

А я стою, непобедим,

Глаза блестят, аорты вздуты,

В крови сплошной адреналин.

Давно уже я не в строю,

Но навсегда запомнил я,

Как исполнял оркестр «Зарю»

В кадетских летних лагерях.

О КАДЕТСКОЙ МОДЕ

Шинельку чёрную обрезав

Так, что почти был виден пуп,

Я по-суворовски был дерзок

И, как теперь я вижу, глуп.

Но чем тогдашний ум мой мерить,

Когда я, намочив штаны,

Тянул штанины на фанере

До непомерной ширины?

Матросский клёш, в обтяжку ляжки,

Шагаю фертом, нос задрав,

И – прочь пружину из фуражки,

Фуражку стильно изломав.

Топчу индийскими туфлями

Асфальт, блестящий, как стекло,

Иду с ближайшими друзьями

К девчонкам в ЦПКиО.

Всё это, помнится мне, было

Каких-то сорок лет назад,

Меняли шило мы на мыло,

Кромсая чёрный свой наряд.

Но таково влиянье моды

На неокрепшие умы —

Жизнь по Уставу не свобода,

В душе свободны были мы!

Какой там Зайцев и Юдашкин?!

Мы, вставив ниточку в иглу,

Творили сами моду нашу

В ночной казарме в СВУ.

ДЕНДРАРИЙ ПОМНИТ

Ах, поцелуи до рассвета

На лавочке ночного парка

Половозрелому кадету

Казались сказочным подарком.

Дендрарий, помнишь эти ночи,

Когда, презревши дисциплину,

Я целовал деви’чьи очи

И гладил выгнутую спину?

За эти ласковые взоры,

За эту шёлковую чёлку

Я уходил через заборы

В очередную самоволку.

И ничего я не боялся,

И ни о чём плохом не думал,

Когда с девчонкой обнимался,

На все уставы молча плюнув.