Черный принц. Роман-сказка

– Да где с вами не помешаешься! Тройка, семерка, туз! Тройка, семерка, дама! У нас после вашего сочинительства, пол полка умом тронулось! Все в Германы перекрестились. Пустились выпытывать секреты. Проматывались и вот истина сходили с ума!

Великий поэт на такие слова улыбнулся загадочно.

– Так что может, вы в тайне тоже желаете?

– Чур, меня! И не смотрите так на меня. Теперь сам убедился, что дело было не чисто. Лучше уж все Ангелы! И как вы славно проговариваете. Ангелы, Ангелы!

– И черт! – скорбно вздохнул Александр Сергеевич Пушкин, и товарищи поспешили обратно на почтовую станцию, но Александр Сергеевич еще долго с надеждой оглядывался на необыкновенное подворье и посматривал куда-то высь.

II

Ангелы, небесные чистые создания с улыбкой младенца летели над молодыми людьми и своими теплыми ласковыми дыханиями прокладывали им дорогу. Герои держались за руки. Одни Ангелы просто улыбались им с небес, а те Ангелы, что были озорниками, весело хихикали.

«Хи-хи, хи-хи! – Раздалось под ушком нашей героине по имени Ольга».

– Это ты? – улыбнулась красавица своему кавалеру.

– Пошли, – звал молодой человек и тянул вслед за собой красавицу.

– Ты мне смотри озорник! – смеялась в ответ красавица.

Ангелы слали ей благословление с небес. У Ольги были длинные золотистые волосы, и вот все ровно как солнце встает на рассвете и по земли рассыплются лучи, когда Ольга распускала волосы, и шла по улице, у прохожего становилось светло на душе.

И вот они словно золотое руно так и манили сердце нашего героя, все ровно как удалого бесстрашного Ясона. А какая у Ольги была улыбка, да такая, что сам соловей оставлял свою песню, сорвался с ветки и пускался за нашей героиней в полет, чтобы зреть и прославлять поистине небесную красоту. Она ходила ровно, да не просто и абы как, а словно парила. Ставила ножку, одну потом другую. И вот когда она отрывала свою туфельку от земли, она становилась между небом и землей. Ведь истина так и есть. Одной ножкой там, в облаках с друзьями Ангелами, а другой на грешной земле. И все так и плескалось, так и разливалось в ее необыкновенном облике. И что нам Елена прекрасная? На Дону всегда была и будет Донская казачка и свой «Ахиллес!»

И краса и характер, и мысль, вот все истина была при ней. И не где-нибудь там, что клещами не вытянешь, а вот если начнешь выкаблучиваться ее горячие казачье неподкупное сердце все, что в нем накипит, все и выложит.