Давай пошепчемся… Разговор с другом

Какая она у тебя в душе?? Мне очень интересно, как она помогает тебе создавать твою поэзию, рисует в твоём сознании буквы, которые затем складываются в слова, которые в свою очередь объединяются в предложения? Методом проб и ошибок они меняются местами, производя ритм и выводя рифму. Так рождается магия. Магия твоего слова – грациозная и нежная, как и ты. Чувствовать эту твою магию, растворяться в ней, осязать её на уровне инстинктов и становиться с ней одним целым, что может быть лучше? Разве что слушать твои стихи в твоём исполнении…»

    ВАЛЕРИЙ РУБЦОВ

    (поэт, п.

    В издании книги приняли участие спонсоры: Силинский В. П.

    Шульга Г. П.

    Томсинский Я. А.

Ты спрашивал меня, какая осень…

Ты спрашивал меня, какая осень

В моей квартире бродит по утрам?

Она прекрасна, варит вкусный кофе

И пишет строчки первые к стихам.

С ней ароматы мха, опавших листьев

Приходят в дом. Кружится горький дым

Сгоревших в кучах прели жёлтых писем

С туманом рваным, вязким и седым.

С ней у окна сидим – болтаем, плачем,

Ругаемся, грустим, всё как у всех.

Я ей прощаю множество чудачеств

И слушаю с улыбкой хриплый смех.

Она, наверно, курит, я не знаю,

Но ощущаю запах сигарет.

Она то вся горит, то ледяная,

То подойдет, шепнёт: «Тебе привет!»

Спрошу я: «От кого?», – мигнёт шальная,

Сияет взгляд (никто не устоит).

В минуты эти сердце тает, тает.

Смотрю в её глаза, глаза – твои.

Театр немаленьких трагедий

Разбились окна в луже сапогом

Прохожего, спешащего куда-то.

Шагаю вслед под радужным зонтом

По липкой жиже цвета шоколада.

На улице мигают фонари —

Гигантские гирлянды городские.

А может – водяные пузыри

Огромные, тугие, дождевые?

Иду. Играет лентами афиш

Порывистый ноябрьский шалый ветер.

Шуршит листвой последней осень-мышь,

Обрывками газет и старых сплетен.

Там, за спиной, за серой пеленой

Остался дом, где ты меня не встретил.

Где наша жизнь – театр, театр пустой —

Отыгранных немаленьких трагедий.