Нет мира в конном мире. Часть 1. Вход

Именно тогда я поняла, что легче заработать, чем попросить. А потом работать стало так же естественно, как есть, спать, дышать. Это только сначала было обидно, что я надрываюсь в мастерской в то время, когда мои ровесники бегают в кино и играют в карты.

Тем временем случилось нечто, окончательно определившее мою профессиональную стезю. Началась химия.

Увидев химичку, я сразу поняла, что влипла. Уже и не помню, как эту учительницу звали на самом деле. Все за глаза называли ее Плюмбой и громко смеялись, когда она называла свинец по-латыни: «Плумбум».

Я запомни-ла ее толстой приземистой коротышкой, «так-на-так», с носом картошкой и пронзительным визгливым голосом базарной торговки.

Эта самая Плюмба очень любила унижать учеников, особенно из небогатых и многодетных семей, понимая, что их родителям некогда бегать в школу разбираться. Она упивалась своей властью и часто опускала самооценку учеников ниже плинтуса. Меня она невзлюбила, увидев имя и фамилию в журнале.

– Алевтина Адажий! Из аристократов что ли, а ну, к доске!, – взвизгнула она.

И сразу же прицепилась к моему ответу. Так посвилась первая в новой школе тройка. По химии.

Спокойная и комфортная жизнь в школе ушла в небытие. Теперь я готовилась к урокам химии по учебнику дляпоступающих в вузы, тщательно зубрила и штудировала материал. И получала всегда одну и ту же оценку – «удовлетворительно». На свою беду, в начале года я «перешла дорогу» ее внучке Леночке – в седьмом классе выиграла республиканскую олимпиаду по литературе.

И теперь мне, а не плюмбиной внучке, досталось негласное звание «первой девочки школы». Плюмба как-то заявила мне в «подсобке» своего кабинета, без свидетелей, что я никогда не получу по ее предмету больше тройки, и что она обязательно испортит мне аттестат.

Тогда еще действовал конкурс аттестатов – если средний балл не дотягивал до определенного, принятого в данном ВУЗе, то у выпускника документы в просто не принимали.

С «тройкой по химии» пытаться поступить в Тимирязевскую сельскохозяйственную академию выглядело отчаянной наглостью. Профессии зооинженера по коневодству обучали только там, ну еще в Алма-Ате. В Алма-Ату мне совсем не хотелось.

Оставалось подавать документы на филологический факультет, где профилирующие предметы – английский, русский и литературу и история – с которыми все у меня сложилось отлично.

Но аттестат-то надо было спасать в любом случае.