Нет мира в конном мире. Часть 1. Вход

Бабушка рассказывала потом, что папа еще долгое время после войны старался держать в карманах сухари – боялся, что опять будет нечего есть.

Война подорвала здоровье отца. После тридцати он стал чувствовать себя совсем уж плохо и по настоянию врачей был вынужден сменить питерский климат на благодатный абхазский.

Отец купил половину ветхого саманного домика у вредной старухи бабы Клавы, и олимпийским летом 1980 года мы уехали в село Хейвани Гагринского района. Первой на новоселье посмотрела мама и сообщила, что места там райские – море в ста метрах от участка, отличный сад, а позади дома – горы.

Я же мечтала только об одном – чтобы там оказались лошади…

Прощайте конноспортивная и художественная школа! И с друзьями – Максимом и Наташкой – придется расстаться. Но лошадей, конечно, жаль сильнее…

Помню горячий южный воздух, который я вдохнула, выйдя из поезда Ленинград-Адлер, как мелькали в окне машины диковинные деревья – платаны с плешивыми стволами, с которых клочьями слезала кожа, магнолии с белыми одуряющими цветами и темными лакированными листьями, белые и розовые олеандры.

Как долго ехали на машине по петляющей дороге. И вдруг где-то справа, совсем близко, появилось море…

Живности на юге оказалось много. В поселке по улицам ходили индюки и гуси, роняя перья. После наступления темноты протяжно и жалобно кричали павлины. Наблюдались и другие представители фауны.

Но меня интересовала совсем другая ее разновидность. Большая и четвероногая.

И к моей бурной радости, одна лошадь там все же нашлась. Меня послали за хлебом и сахаром в ближайший магазин. Это была лавочка, где можно было купить все, что угодно – кильки в банках, тетрадки в клеточку, югославские кожаные перчатки и яблочную пастилу, сливочное масло и велосипедные шины. Заправляла магазинчиком странноватая семья – маленький юркий грузин Валико в кепке «аэродром» и его тихая, почти безмолвная жена.

Которая была на голову выше мужа и в два раза толще. Сельмаг являлся чем-то вроде сельского клуба. Вокруг него всегда было многолюдно. Здесь встречались, делились новостями. Я могла только догадываться, о чем велись долгие и эмоциональные беседы. Внутри магазина пахло хлебом, сахаром и дегтем.

Выйдя из магазина, я заметила, позади него мелькнуло что-то каштановое.