Вильгельм. Проклятие Саана

Ну, а для снятия побочных эффектов и большей стабильности заклинания Гнор использовал защитные знаки из ведьминого круга, а еще решил добавить алхимические присадки, которые пронумеровал, как когда-то Кариур, и испытывал одну за другой.

Понятно, что живой ведьмы у нас не было, зато имелась ее кровь – это раз. Еще была магия крови, для которой ни колдун, ни ведьма уже не нужны, – это два. И имелся ведьмин круг, структуру которого мы тщательно изучили, доработали, слегка видоизменили и не сомневались, что сумеем его запустить.

Однако только сейчас я осознал, о чем мы в свое время не подумали и что Гнор ошибся не потому, что был нетерпеливым или безграмотным. У нас просто отличались подходы к поставленной задаче. И были, как выяснилось, разные цели, поэтому-то эликсир и не сработал.

В частности, Гнор искал бессмертие лично для себя, тогда как я хотел всего лишь воскресить Нардиса.

Старик исходил из того, что экспериментальное тело будет сначала живым, потом мертвым и сразу снова живым, тогда как у меня в наличии имелся лишь замороженный труп, который омертвел давным-давно и уже утратил качества, которыми обладает свежее тело.

Гнор также верил, что эликсир бессмертия – самая подходящая субстанция для преобразования плоти. Мол, один раз выпил – и порядок. Вот только Нардис не смог бы его выпить по определению. А если бы я и влил ему лекарство в глотку, то из промерзших до хруста внутренностей ни единая его капля не смогла бы впитаться в кровь.

Это, в свою очередь, означало, что вариант Гнора, хоть и был, по сути, верным, мне абсолютно не подходил.

Поэтому при наличии тех же компонентов для ритуала мне пришлось придумывать другой способ их использования.

Наконец главная и самая важная наша ошибка заключалась в том, что между нами не было доверия. Я не сказал ему о Море – он начал прятать исследования. Я использовал для получения нужной мне информации пауков – Гнор же с самого начала планировал работать только на себя, хотя на мои средства и на моем оборудовании.

Я умолчал о скверне и о том, что на самом деле в моем бессмертии виновато не только проклятие, – он, не видя всей картины, жестоко просчитался и в итоге пришел к неверным выводам.

– Ты забыл еще об одной вашей вещи – о душе, – напомнил Мор, когда я поделился с ним своими умозаключениями. – У Гнора после смерти она не успела даже толком отлететь, тогда как душа Нардиса осталась в этом мире не по своей воле.