Костя едет на попутных. Повести

– Как это нечего! Вы что? – закрутился Швейка.

– Да всё путём, – успокоил их Пётр Прокопьевич Лощилин, – езжайте. Будем про одно долдонить – скорейша надоест.

И тут из-за угла медицинской половины конторы, с улицы, появился приодетый Морозов, Правая Рука. Осаждавшие оживились.

– Подкрепление идёт, – послышалось.

– Этот всё щас перевернёт.

– Здорово, с кем не видался! – между тем подал приветственный знак Морозов и остановился неподалёку от «Фитиля». – Бригадир на месте? А ты, Борис, в центр не собираешься?

– Собирается! Все, Ген, собираются, – подсуетился Швейка.

– А по какому случаю сбор?

– Да всё по тому же.

– Насчёт отделения, – почему-то дружелюбно пояснил «Фитиль». – Ты ведь поддержишь народ? – Он оглядел собравшихся.

– Обязан, – усмехнулся этот непростой, теперь все увидели, человек.

2

В конторе Артёмов сразу подошёл к телефону.

– Не работает, – предупредил Иван Михалыч.

Артёмов поднял трубку и услышал писк открытой линии.

– Звони, звони, пока не кончилась, – поторопил Шока, падая на изодранный кожаный диван.

Славный диван (Артёмов начал с протяжкой крутить диск), повидавший виды… упоминание о нём можно было отыскать теперь разве что в старых инвентарных книгах колхоза «Победа», в составе которого Тарпановка прожила самые «кукурузные», счастливые, в общем-то, годы… Ответила приёмная.

– Ма-аш! – закричал Артёмов. – Кто там у тебя поблизости? Энергетик? А сам где? Никуда больше не собирался? Ну, дай Бердяева… Николаич! Привет.

Тарпановка прорезалась, да. Да! говорю. Привет! Слушай, ты найди Ужикова, скажи, тарпановская делегация едет. Делегация! Отделяться, мол, хотят! Мы… Да! Чтоб тебе совсем окосеть… Насчёт отделения! От «Маяка»! Тарпановка – от «Ма-я-ка»! Ты понял? – Артёмов долго, нахмурившись, слушал. – Ты кончай свою философию! Приеду – подпишу. Подпишу, я сказал! Не на кого больше повесить, что ли… Короче, ты найди хозяина и скажи, что я сказал. Отделяться! Да. Скажи – и всё. Пусть соображает. Малость погодя выедем… Да подпишу я твои сраные акта! Всё, – Артёмов бросил трубку. – Лишь бы с плеч долой, начальники. От этих – и думать не стал, отделился бы.

Артёмов посмотрел на Шоку.

– Мне начхать, – сказал тот. – Я на ферме, и мне один хрен, Ужиков там или… Забирай молоко да лесу давай на ремонт.

– Гляди, Михалыч, какой скромник! Нам, что ли, надо? Михалыч вон всякого повидал.