Седой Кавказ. Книга 2

Все же медаль чаще носится, это заметил Арзо, когда главный животновод доказывал подлинность значка: ткань под ним меньше выцвела.

Конечно, это не Яков Исаевич, с ним говорить тяжелее, «не соображает», считает Арзо, однако гость законник, государственник и справедливость восстановить поможет. Так, погибшие от стихии сто двадцать три свиньи (фактически только двадцать три) пойдут в зачет плана сдачи государству мяса, а в последующие три года снижается план (для восстановления поголовья). Разумеется, эта операция прошла не сразу, а после долгих мытарств, изучения начальником инструкций, положений, консультации с вышестоящими начальниками.

Самбиев уже не рад, что это дело затеял, ибо он от этого ничего не имеет, впрочем как и «отставник», зато Кузьиванов доволен.

– Арзо – ты гений, ты великий комбинатор! – восклицает он.

…Ближайший железнодорожный тупик только в далеком райцентре Байкалово, и Ансар будучи экспедитором сидит там безвылазно на приемке продукции. Ровно треть стройматериалов, а это все – начиная от металла и леса до цемента и кирпича, поступает в колхоз, остальное на месте перепродается: – таков уговор.

В отсутствие Ансара его функции бригадира выполняет Арзо, в строительстве он ничего не соображает, поэтому ни во что не лезет, зато теперь живет в отдельном доме, когда хочет ест, когда хочет спит, и чеченки-поварихи для него готовят отдельные диетические блюда.

К сентябрю операция с госстрахом завершена, после возмещения расходов подвели итог, получилось, что Самбиев, как и два партнера с этой стороны, получил восемь с половиной тысяч.

Хотя деньги и большие, Арзо понимает, что его облапошили, в подтверждение этого Ансар и Кузьиванов покупают в Свердловске на «черном рынке» по «Волге», что стоит 25—30 тысяч, и следом, у Нины новая квартира с новой мебелью. А по Вязовке пошел слух, что то же самое сделал и Кузьиванов для сына.

Вязовка – не Грозный, здесь народ себя дурить не даст, богато жить – тоже.

Начались перетолки, сплетни, потом возмущение и открытое обвинение председателя в воровстве. Кузьиванов, испугавшись, слег в больницу в райцентре, через месяц выяснилось, что он уволился из колхоза и устроился в районном агропроме каким-то маленьким начальником.

А Ансар с первым снегом законсервировал незаконченные стройки (они ему ныне не интересны), наспех рассчитался с колхозом и бригадой, и уехал, оставив Нину с сыном в новой обустроенной квартире.